Музей-усадьба Римского-Корсакова в Псковской области включает в себя два старинных имения: Вечашу и Любенск. В Вечаше композитор прожил с перерывами шесть летних сезонов с 1894 по 1905 год. В 1907 году Николай Андреевич купил соседнее имение Любенск. Летом следующего 1908 года он скончался в Любенске от сердечного приступа.
Вечаша — музей-усадьба Римского-Корсакова
Для вдохновения, подобно другим творческим людям, Римский-Корсаков нуждался в единении с природой. Своего дома композитор не имел. На зиму он снимал квартиру в Петербурге, а летом вместе с многочисленным семейством предпочитал жить в загородных усадьбах. Всего композитор проводил лето в 17 различных имениях, но Вечаша ему особенно нравилась.
В 1894 году Римский-Корсаков увидел объявление о сдаче внаём помещичьего дома примерно в 200 верстах от Петербурга. Объявление подала его владелица госпожа Огарёва. Добираться в Вечашу приходилось на поезде до станции Плюсса, а затем на извозчике.
В 1894 году Николай Андреевич впервые приехал сюда с семьёй. По его словам:
Дом тяжёлый, неудобной постройки, но уютный.
Композитор называл Вечашу раем земным. Здесь он написал шесть из пятнадцати своих опер. В их числе оказалась вершина творчества Римского-Корсакова — четырнадцатая по счёту опера «Сказание о невидимом граде Китеже и деве Февронии».
Фотография, представленная в большом зале усадебного дома, сделана в Вечаше во время работы над «Сказанием…»
Римские-Корсаковы. Родословная
Экспозиция большого зала усадебного дома посвящается происхождению, биографии и творчеству Николая Андреевича.
Род столбовых дворян Римских-Корсаковых внесли в Бархатную книгу, где собраны родословные наиболее знатных боярских и дворянских фамилий.
Своим предком Римские-Корсаковы считали некого Сигизмунда Корсака, жившего в XIV веке. Он прибыл в Великое Княжество Литовское из Священной Римской империи. Род композитора пошёл от одного из трёх сыновей Сигизмунда. Первая часть фамилии пожаловал Корсаковым государь Фёдор Алексеевич, дабы отличить их от других ветвей того многочисленного рода. Корсаковы предоставили неоспоримые доказательства того, что их предок был есарским подданым, то есть жил в Священной Римской империи Германской нации.
Будущий композитор родился в 1844 году в Тихвине. Отец его служил крупным чиновником, а матушка была незаконнорожденной дочерью богатого помещика и крепостной крестьянки. Николай был вторым сыном в семье и поздним ребёнком. Он родился, когда матери минуло 42 года.
Римские-Корсаковы традиционно выбирали карьеру морских офицеров. Старший брат Николая Воин Андреевич Римский-Корсаков исследовал берега Охотского моря, реорганизовал Морской кадетский корпус и дослужился до контр-адмирала. По его примеру Николай также захотел связать свою судьбу с морем. На снимке — старший брат музыканта.
Морской корпус и музыка
В 1856 году Николай поступил в Морской кадетский корпус. Однако ещё в Тихвине он начал сочинять свои первые музыкальные произведения. В Петербурге он всерьёз увлёкся музыкой, начиная с итальянских опер Россини и Доницетти и заканчивая произведениями Моцарта и Бетховена.
В 1859 году одновременно с учёбой в кадетском корпусе будущий композитор начинает брать уроки музыки у Фёдора Андреевича Канилле.
Тот в свою очередь знакомит юного музыканта с Милием Алексеевичем Балакиревым. Римский-Корсаков вступает в его музыкальный кружок, впоследствии названный «Могучей кучкой».
«Могучая кучка» и Надежда Пургольд
Активными членами «Могучей кучки» были не только Милий Балакирев, Цезарь Кюи, Модест Мусоргский, Александр Бородин и Николай Римский-Корсаков, но и сёстры Пургольд — Александра и Надежда. Александра была талантливой певицей меццо-сопрано. Мусоргский и Римский-Корсаков сочиняли для неё романсы. Она очень хотела женить на себе Модеста Мусоргского, но в итоге вышла замуж за художника Николая Моласа.
Надежда Пургольд слыла прекрасной пианисткой, музыковедом и композитором. Свои таланты она поставила на службу любимому мужу — Николаю Андреевичу Римскому-Корсакову. Помимо сложных переложений оркестровых партитур для фортепьяно она нередко давала супругу ценные музыкальные советы. Недаром Римский-Корсаков называл её «наш милый оркестр». Композитор любил называть свою жену, переводя её немецкую девичью фамилию на русский язык. «Пургольд» в переводе означает «чистое золото». Кроме музыкальной деятельности Надежда Николаевна родила мужу семерых детей.
Композитор посвятил Надежде оперу «Ночь перед Рождеством», написанную по мотивам повести Н.В.Гоголя.
Опера «Садко»
Одним из шедевров Римского-Корсакова считают оперу «Садко». Как писал сам композитор, у него было два вида вдохновения: острое и хроническое. Опера «Садко» являет собой пример первого. Она оказалась настолько сложной для исполнения, что императорский Мариинский театр отказался от её постановки. Тогда композитор отдал «Садко» в частную оперу Саввы Ивановича Мамонтова.
Мамонтов поручил главную женскую партию Волховы — дочери морского царя — певице Надежде Забеле, будущей жене Михаила Александровича Врубеля. После этой роли Надежду Забелу называли не иначе как корсаковской певицей.
В постановке Частной оперы партию варяжского гостя пел тогда ещё малоизвестный Фёдор Иванович Шаляпин.
Его участие в опере вызвало фурор. На Шаляпина обратили внимание и критики, и публика. Римский-Корскаков даже выказал недовольство тем вниманием, которое уделяли второстепенному персонажу.
Сказка о царе Салтане
После отказа Мариинского театра от оперы «Садко», Римский-Корсаков обиделся и стал отдавать свои новые произведения Савве Мамонтову.
«Сказку о царе Салтане» Римский-Корсаков написал к столетию со дня рождения А.С.Пушкина. Летом 1899 года в Вечаше композитор напряжённо работал и сочинил всего «Салтана», а пролог и первую часть успел оркестровать.
Одновременно Римский-Корсаков вычитывал либретто, написанное Владимиром Ивановичем Бельским. С ним композитор сотрудничал, начиная с оперы «Садко».
Над костюмами и декорациями трудились Константин Коровин
и Иван Билибин.
Опера имела колоссальный успех. После премьеры в Москве Римского-Корсакова 26 (!) раз вызывали на сцену.
Вечаша. Кабинет Римского-Корсакова
Обстановка рабочего кабинета полностью реконструирована, ведь усадьбу после 1920 года разграбили, а затем и вовсе перенесли на новое место и устроили в ней жильё для рабочих совхоза.
Мебель в кабинете старинная, второй половины XIX века. Сохранились подлинные стулья и кресла из дома в Вечаше.
На письменном столе стоят фотографии дочерей Римского-Корсакова Софьи Николаевны и Надежды Николаевны. Последняя стала пианисткой, училась у отца и у Александра Константиновича Глазунова. Вышла замуж за Максимилиана Штейнберга. Он был учеником её отца и, в свою очередь, учителем Дмитрия Дмитриевича Шостаковича.
Здесь же на столе лежит дубовый лист с галлом (чернильным орешком). Это гнездо личинки дубовой орехотворки. В старину из чернильных орешков делали чернила. Римский-Корскаков предпочитал писать именно таким чернилами.
Мемориальные предметы в Вечаше
Подлинных вещей в Вечаше сохранилось немного. В кабинете помимо кресел можно увидеть вишнёвую косточку с вырезанной на ней молитвой «Отче наш!» Её подарил композитору скрипач С.А.Казаков из оркестра Мариинского театра.
Текст молитвы можно прочесть на увеличенной фотографии.
Также сохранились серебряный стаканчик с инициалами композитора,
его карандаш,
и ещё несколько мелочей.
Наиболее трогательный экспонат — посмертная маска композитора, она была представлена в Любенске, но после пожара 2022 года её перенесли в Вечашу.
Столовая
Столовую в имении Вечаша также реконструировали по воспоминаниям и дневниковым записям. Наибольшую мемориальную ценность представляет фарфоровый сервиз с гербом Римских-Корсаковых. Этот сервиз изготовили в подмосковных Вербилках на фабрике М.С.Кузнецова.
Среди его предметов тарелки, супница, менажница и т.п. Старинную посуду передал в дар коллекционер Андрей Смирнов. Всего он подарил музею 146 предметов, в том числе столовые приборы французской фирмы Fraget.
На буфете стоит кофейная мельница рубежа XIX-XX веков. Это подлинная вещь, принадлежавшая семье композитора. Кофе в ту пору был неотъемлемой частью усадебного быта, а его приготовление превращалось в некий ритуал.
Как ни любил Римский-Корсаков Вечашу, но этот дом семье не принадлежал. В 1907 году исполнилось заветное желание композитора — от приобрёл собственную усадьбу в соседнем с Вечашей Любенске.
Любенск
Близкий друг, почитатель и главный биограф Римского-Корскакова Василий Васильевич Ястребцев вёл подробные дневники, где записывал всё касательно жизни композитора. Осенью 1907 года Ястребцев записал:
Николай Андреевич стал помещиком.
Композитор купил соседнюю с Вечашей усадьбу Любенск, где перед этим он провёл лето. Усадьбу он купил на имя детей: Владимира, Андрея и Софии. В первую очередь домом пользовалась София в замужестве Троицкая. По воспоминаниям в Любенске был «бабушкин дом».
Здесь Николай Андреевич закончил свою последнюю оперу «Золотой петушок». Её содержание вызвало нарекания цензуры, ведь Римский-Корсаков и Бельский усилили сатирическую составляющую по сравнению со сказкой Пушкина. 19 июня композитор узнал о запрете постановки своей оперы в императорских театрах. Спустя 2 дня, 21 июня 1908 года в душную грозовую ночь он умер от сердечного приступа.
«Золотого петушка» поставили в частной опере Сергея Зимина.
Прежние владельцы Любенска
До покупки Любенска Римским-Корсаковым имение принадлежало роду Бухаровых. Эта дворянская фамилия владела несколькими имениями на Псковщине. Их родовым гнездом было Михалёво, где в начале XIX века жил генерал-майор Николай Иванович Бухаров, командир лейб-гвардии Гусарского полка.
Бухаров был знаком и дружен с лицейских времён с А.С.Пушкиным. Под его началом служил М.Ю.Лермонтов, посвятивший Бухарову два своих стихотворения.
«Мы ждем тебя, спеши, Бухаров,
Брось царскосельских соловьев,
В кругу товарищей гусаров
Обычный кубок твой готов». <…>
Любенск по наследству достался его сыну Дмитрию Николаевичу.
Его наследники продали имение Римскому-Корсакову.
После кончины композитора дети Николая Андреевича продолжали приезжать в Любенск.
После октябрьского переворота 1917 года они дважды оставались в усадьбе на зиму — там легче было прокормиться, чем в голодном Петрограде.
В 1920 их как «эксплуататоров» обложили налогом в 13,5 тыс. рублей, а весь доход от имения составлял 12 тыс. рублей. В 1923 году детям композитора разрешили пользоваться Любенском как дачей, но с условием жить здесь постоянно. Они решили отказаться от усадьбы.
20 десятин земли, семиполье, тысяча яблоневых деревьев отошли «коммуне». Дом дважды горел, его частично разобрали на доски. В 1944 году во время отступления нацисты сожгли остатки.
Дом восстановили в 1995 году, но в 2022 неожиданный пожар уничтожил большую часть здания.
Сохранился усадебный парк со старинными дубами. Всего их осталось 15.
Уцелела и валунная конюшня с амбаром. В них сейчас находится экспозиция старинных предметов сельского обихода.
Музейная экспозиция в Любенске совсем небольшая. Зато вокруг неё сохранился прекрасный яблоневый сад и парк.
***
Вечаша и Любенск оказались достойным продолжением нашего путешествия 2025 года по смоленским и псковским усадьбам и частью путешествия по Псковской земле 2026 года.
В Вечашу и Любенск мы заехали на пути из Пскова в Новгород.
В Пскове для среднего бюджета рекомендуем гостиницу «Рижская».
Если позволяют средства, то наш выбор — Олд Эстейт (Old Estate).
В Новгороде мы жили в «Интуристе» и «Ганзе». Если выбирать из двух отелей, то лучше «Ганза».
