Имя Елизаветы Николаевны Званцевой известно всем любителям русского искусства начала XX века. Оно неразрывно связано с детищем Званцевой — художественной школой, открывшейся в Петербурге в 1906 году. (Предшествующая семилетняя московская история школы не столь примечательна).
За десять лет существования в Санкт-Петербурге школа Званцевой стала своеобразным модернистским цехом, где прогрессивные мастера наставляли талантливых студентов, не требуя от них оттачивания академических штудий, предоставляя свободу замыслов и методов их воплощения.
Летом 2026 года музей Русского импрессионизма представил временную экспозицию «Школа Званцевой. Лаборатория модернизма». На ней показали редкие работы преподавателей школы (Лев Бакст, Мстислав Добужинский, Кузьма Петров-Водкин) и её учеников. Имена последних зачастую затерялись в истории русской живописи, несмотря на очевидное дарование начинающих живописцев.
В настоящей статье мы обозначили несколько имён художников-авангардистов, которые в разное время имели удовольствие учиться в «лаборатории модернизма», школе Елизаветы Николаевны Званцевой.
Елизавета Званцева
В жилах Елизаветы Николаевны Званцевой текла турецкая кровь. Её прадед был сыном погибшего в войне с Российской империей турецкого паши. Сам император Павел Петрович окрестил отпрыска знатного врага, дал ему имя Петр Павлович и фамилию Жванец по наименованию захваченной крепости. Жванец модифицировалось в Званцев. Император пожаловал семье земли в Нижегородской губернии, где в 1864 году и родилась Елизавета.
Семья была высокообразованной. Дед Елизаветы — писатель, брат — оперный певец. Родные не препятствовали её желанию учиться живописи. МУЖВЗ того времени принимало девушек в качестве вольнослушательниц. Званцева посещала училище с 1885 по 1888 годы. Она настолько преуспела на живописном поприще, что известный в то время художник Василий Матэ дал ей рекомендацию в Академию художеств.
Преподавателем Званцевой стал Репин. Порывистый и импульсивный Илья Ефимович воспылал к Елизавете нежными чувствами. Мастер написал пять портретов ученицы. Сохранился лишь один, он хранится в художественном музее Атенеум в Хельсинки. Девушка не разделила чувств Репина, отношение учителя её пугало. Позднее и Репин остыл и вернул Елизавете её письма к нему.
По воспоминаниям К.И.Чуковского, близкого друга И.Е.Репина, Елизавета Николаевна до конца дней интересовалась жизнью, здоровьем Репина, всегда расспрашивала о нём Корнея Ивановича.
***
Полный курс Академии Елизавета Званцева не закончила, но прошла крепкую школу обучения, ведь её наставником после Репина был гениальный преподаватель Павел Чистяков.
Далее она отправилась в Париж вместе с Константином Сомовым. Молодых людей связывали дружеские отношения, взаимоуважение, признание дарований друг друга. Елизавета Званцева называла Сомова «зеленым декадентом», а он обращался к ней со словами «милый ангел», «милая моя передвижница». В музее Академии художеств сохранился пастельный рисунок Е.Званцевой с портретом К.А.Сомова.
Е.Н.Званцева училась в академииях Жюлиана и Коларосси. Скорее всего, пример многочисленных парижских живописных школ подсказал ей идею открыть свою собственную художественную студию. Что Елизавета Николаевна и осуществила через год после возвращения в Москву, в 1899 году. Дела в московской школе Званцевой шли не слишком споро, хотя в ней преподавали В.А.Серов и К.А.Коровин, Н.П.Ульянов. Из-за финансовых неурядиц школа переехала в Санкт-Петербург и вошла в историю под названием «Школа живописи и рисования Званцевой». Студию часто называли «школой Бакста и Добужинского» по именам преподавателей. В период расцвета школы (1906–1910) в ней училось около тридцати человек.
Увы, полотен Елизаветы Николаевны Званцевой почти не уцелело. Она была чрезвычайно самокритична и, возможно, ещё при жизни уничтожила то, что считала неудачным. В фондах Нижегородского музея и музея Академии художеств, в частных собраниях хранится несколько рисунков Званцевой.
Званцева и её школа после 1917 года
До 1916 года через школу Елизаветы Николаевны прошли Ольга Розанова и Марк Шагал, Елена Гуро и Михаил Матюшин, Софья Дымшиц-Толстая и Николай Тырса. Из менее заметных имён назовём художниц Магду Нахман, Надежду Лермонтову, Юлию Оболенскую.
Судьбу Елизаветы Николаевны Званцевой, как и жизнь тысяч интеллигентных людей сломал 1917 год. Званцева ушла из жизни через три года после роковых событий, в 1921 году на 57-м году жизни, успев стать «мамой» многим московским беспризорникам, служила директором в московском приюте. Сведений о месте захоронения мы не нашли.
Усадьбу Елизаветы Званцевой и дома её родных в селе Тарталеи Нижегородской губернии (в 140 километрах к югу от Нижнего Новгорода) сожгли в 20-е годы. Лишь в 2013 года в селе открылся филиал Бутурлинского историко-краеведческого музея, библиотека-музей «Усадьба Званцевых».
Школа Званцевой — новый метод обучения
В то время школа Званцевой оказалась единственным в России художественным заведением, где был взят курс на обучение именно современному искусству по новому методу. Другие учебные заведения стояли на более традиционных или более практических позициях.
Художница Юлия Оболенская, студентка школы Званцевой, вспоминала:
«В это время Академия художеств уже не пользовалась никаким авторитетом, и преподаватели, сами академисты, отговаривали учеников от поступления в Академию. В своё преподавание они вносили ту же бессистемность, какую сами получили из Академии: оно сводилось к указанию отдельных ошибок в рисунке, а в живописи — к отдельным маленьким рецептам, различным у каждого преподавателя. Суть как живописи, так и рисунка заключалась в перенесении на холст важных и неважных деталей; натуру бессознательно копировали».
По примеру академии Коларосси и академии Жюлиана, школа Званцевой ориентировалась на современные направления в искусстве. Эксперимент поощрялся, в мастерских царила свобода творчества. Можно было писать золотыми тенями и передавать цвет и форму вновь изобретённым методом. И Бакст, и Добужинский развивали у студентов соответствующие идеалы: символизм и мистицизм, неразрывность человека, природы и Бога.
Преподаватели школы Званцевой
Первым директором школы служил Лев Бакст. Мстислав Добужинский преподавал с 1906 по 1910 годы. После отъезда Бакста в Париж, его заменил К.С.Петров-Водкин.
На выставке «Школа Званцевой. Лаборатория модернизма» методы трёх мэтров определили тремя словами:
- Добужинский — линия,
- Бакст — цвет,
- Петров-Водкин — перспектива.
Лев Бакст, сам несколько лет учившийся в Париже, наставлял студентов использовать «красивую линию», сочетать яркие открытые цвета. Он верил, что каждый оттенок обладает своей собственной душой и способен вызвать разные чувства.
Мстислав Добужинский осваивавал живопись в Мюнхене. Добужинский находил красоту и упорядоченность там, где другие видели хаос. Его метод — учиться видеть порядок там, где находили только шум. Званцевцы переняли мистицизм и психологизм городских сюжетов Добужинского.
С 1910-го года школу возглавлял Кузьма Петров-Водкин. Ему нельзя отказать в смелом использовании локальных цветов. У Петрова-Водкина была своя «трёхцветка» — красный, жёлтый, зеленовато-синеватый. Он учил строить композицию, созерцая мир с высоты птичьего полёта, но вокруг главного объекта он сдвигал ракурсы. Это меняло логику картины и привычные вещи выглядели неожиданно.
КGallery, Санкт-Петербург.
Елена Гуро и Михаил Матюшин
Супружеская пара Елена Гуро и Михаил Матюшин стали одними из первых учеников школы Елизаветы Николаевны. Познакомились они несколькими годами ранее, в школе Я.Ф.Ционглинского, в 1906 году вместе посещали школу Званцевой.
Из архива литературы и искусства на выставку «Школа Званцевой» привезли работу Е.Гуро «Девушка с косами». Музей В.Маяковского поделился «Зимним пейзажем». Обе работы написаны в 1910-е годы.
Михаил Матюшин представлен поздним рисунком «Портрет комсомолки» 1930 года из музея истории СПб.
Марк Шагал в школе Званцевой
Самый яркий след в живописи XX века оставили два ученика школы Званцевой — Ольга Розанова и Марк Шагал. Ольга Владимировна ушла из жизни совсем молодой в 1918 году. Тем не менее неоценим её вклад в историю русского авангарда.
Шагал оставался студентом школы Званцевой совсем недолго, с ноября 1909 по конец апреля 1910 года. Даже несмотря на столь краткий срок, мэтр считал Льва Бакста своим учителем, как и Юделя Пэна. Именно Лев Самойлович Бакст побудил Шагала ехать в Париж. На выставке «Школа Званцевой» представили картину из частной коллекции «Барашек».
Работа написана гуашью на бумаге уже в Париже. Но родной Витебск Шагал не забывал никогда. Любопытно, что в некоторых источниках картину называют «Баран» или «Ягнёнок» («Le mouton»). Еврейские мотивы, впечатления детства, полная забот жизнь простых людей маленького городка стали для Шагала отражением мира сновидений, мечтаний и воспоминаний.
Приехала и поздняя работа 1960-х годов. Цирковая тема появилась у Шагала ещё в 20-х годах, в поздние годы он создал более 30 произведений на тему цирка. Цирковые артисты для Шагала были трагическими личностями, похожими на святых мучеников, изображённых на иконах.
«Для меня цирк — это волшебство, которое появляется и исчезает, как мир. Цирк будоражит. Он искренний», — говорил Шагал.
Школа Званцевой. Ольга Розанова
Ольга Розанова оставалась в школе Званцевой месяц-другой осенью 1911 года. Плата за обучение была для неё слишком высокой. Сохранилось её письмо родным:
«Сегодня была в Мастерской Званцевой. Видела самое директрису Званцеву, увы, за удовольствие проучиться в этой мастерской я должна заплатить 25 рублей, торговаться даже не пыталась, по словам Любови, здесь не уступают. По ее же словам мастерская эта даже лучше теперешних парижских. Нет сомненья, что только эта школа вводит в точку современного искусства».
Об упомянутой в письме Любови Розанова ничего не пишет. Исследователи предполагают, что это художница Л.Н.Курчанинова. Но это не точно. 🙂
Во время пребывания Розановой в школе, Лев Бакст уже уехал в Париж к Дягилеву, его место занял К.С.Петров-Водкин. О влиянии Водкина на манеру Розановой говорить не приходится. Слишком кратким было пребывание художницы в его ученицах. Интересна приписка Розановой на полях письма родным:
«скотина-Водкин раздавил мне стекло у пастели «Кладбище», медведь, и не извинился!»
Картина «Кладбище» не сохранилась.
На выставку из Великоустюгсткого музея привезли натюрморт 1910-х годов «Яблоки и кувшин с цветами».
Нельзя утверждать, что натюрморт был написан в годы ученичества. Известно, что в 1912–1913 Розанова создала несколько цветочных натюрмортов.
Надежда Лермонтова
Надежда Владимировна Лермонтова (1885 – 1921) происходила из того же рода Лермонтовых, что и великий русский поэт. Во всех посвящённых ей статьях приводится одна и та же информация, что художница Лермонтова — внучатая племянница Михаилу Юрьевичу. Это не совсем так. Нам удалось выяснить, что родство с поэтом есть, но весьма отдалённое. Внучатые племянники рождаются от племянников, а племянники — от родных братьев или сестёр, коих у поэта не было. Но был двоюродный брат Владимир Николаевич — дед Надежды.
Отец Михаила Юрьевича Юрий Петрович и прадед Надежды Лермонтовой Николай Петрович приходились друг другу родными братьями. Общий предок — Пётр Юрьевич Лермонтов — дед поэта и пра-прадед художницы.
В школе Званцевой Надежда Владимировна стала любимой ученицей Льва Бакста. Он учил своих студентов не бояться ярких красок и контрастов, от «зелёной женщины» Лермонтовой Бакст пришёл в восторг, а Добужинский огорчился.
Лермонтова была одной из старожилов школы, занималась у Бакста с 1907 по 1910 год. Когда любимый преподаватель уехал в Париж, она не приняла методы Петрова-Водкина и покинула школу. Но это не помешало ей расписывать церковь в Овруче вместе с Кузьмой Сергеевичем.
Надежда Лермонтов оставила немного работ. Она ушла из жизни в один год со Званцевой, когда художнице исполнилось всего 36 лет.
Александр Иванов
Александр Иванович Иванов (1888-1948) принадлежит к плеяде талантливых живописцев начала XX века. Он играл видную роль в создании свободных художественных мастерских 20-х годов.
Подробных сведений об А.И.Иванове сохранилось крайне мало. Художник принадлежал к школе К.С.Петрова-Водкина. Но молодой мастер никогда не копировал учителя и не стремился развивать его принципы. Он шёл своим путём.
На выставке «Школа Званцевой» я услышала, что сохранилось всего 15 живописных работ А.Иванова. Три из них временно экспонировались в музее Русского экспрессионизма.
Натюрморт с банкой и бутылкой 1910-х годов Иванов вполне мог написать в период учёбы у Званцевой.
Натюрморт с розами — поздняя работа, его постоянное «место жительства» — Красноярск, музей им.В.Сурикова.
Модернистский натюрморт с цветами-схемами, не живыми, бумажными. Листья зависли в воздухе, прикреплённые к невидимому стеблю.
Три сосуда — ваза, кувшин, бутыль различны по форме, фактуре, цвету написаны условно, но объём обозначен свето-тенью. Прозрачная ваза украшена алмазной гранью. Столь ограниченные живописные средства не мешают создать прекрасный гармоничный натюрморт.
Александр Иванов был хорошо знаком с Ольгой Розановой, они познакомились в школе Званцевой. Позже, в 1915 году они снова встретились в художественном объединении «Бубновый валет». Розанова присоединилась к «валетам» в 1915 году, застав там Петра Кончаловского и Илью Машкова. Как и Розанова, художник принимал участие в оформлении Москвы к революционным праздникам в 1918 году. После смерти Розановой Иванов входил в коллегию ИЗО Наркомпроса (1919-1920).
Магда Нахман
Магде Нахман повезло. Она написала единственный прижизненный портрет Марины Ивановны Цветаевой. Создано полотно в Коктебеле, на даче Максимилиана Волошина, где отдыхали молодые интеллектуалы.
Марине Ивановне тогда было 21, Магда Максимилиановна на три года старше.
Художница уехала из советской России, жила в Европе и Индии, где и закончила свои дни в 1951 году.
Написанный Нахимсон портрет Сергея Эфрона хранился у Анастасии Цветаевой, но органы его конфисковали вместе с архивом и утратили. Сейчас в музее Цветаевой хранится копия, сделанная по фотографии.
Известно, что Магда, долго трудясь над портретом Эфрона, по словам Цветаевой, «сводила его с ума своей черепашестью».
Юлия Оболенская
Юлия Леонидовна Оболенская (1889-1945) — не только художница, но и поэтесса. Известен поэтический портрет Сергея Эфрона, написанный Юлией в Коктебеле в 1913 году.
«В подушках на высоком ложе
Чеканный лоб был бел и гладок,
Прозрачно-матовая кожа
Светилась в груде медных складок…»
Оболенская была свидетелем работы Нахман над портретом Эфрона.
На балконе стыло ложе:
Магда, к стенке отодвинув
Холст, терзаемый с утра,
Даровала мир Сереже.»
«Званцевский» период Оболенским оказался довольно продолжительным, длился с 1907 по 1913 год. В автопортрете, написанном через пять лет после выхода из школы, совершенно очевидно влияние К.С.Петрова-Водкина.
Подспорьем для автопортрета послужила фотография 1913 года.
После 1920 года Оболенская выполняла заказы Детгиза и Госиздата. Пережив войну, скончалась в 1945 году. Покоится в колумбарии Донского монастыря.
Раиса Котович-Борисяк. Школа Званцевой
Судьба отпустила Раисе Котович-Борисяк (1890-1924) всего 33 года жизни. В начале XX века от родов умирали, хотя и не столь часто, как раньше.
В школе Званцевой Котович-Борисяк обучалась в 1912-1914 году, когда там не было ни Бакста, ни Добужинского.
До раннего ухода из жизни Котович-Борисяк служила хранителем музея в Новодевичьем монастыре, где и жила со своим вторым супругом Николаем Николаевичем Померанцевым. На снимке слева — автопортрет художницы 1923 года и портрет её мужа, Николая Померанцева 1922 года. Обе картины хранятся в частном собрании.
Николай Николаевич Померанцев
Н.Н.Померанцев (1891-1986) к школе Званцевой прямого отношения не имеет. На выставке представили портрет Померанцева кисти его супруги на фоне монастырской стены.
Но заслуги Николая Николаевича для русского искусства заслуживают упоминания.
Благодаря Н.Померанцеву, после 1917 года удалось сохранить многие архитектурные памятники и ценные артефакты. С 1918 он служил в «Комиссии по сохранению и раскрытию древних памятников» под началом И.Э.Грабаря, позже был хранителем Оружейной палаты. Он добился музейного статуса для Донского, Новодевичьего, Саввино-Сторожевского, Иосифо-Волоцкого монастырей. Но кому же такое понравится? В середине 30-х годов его обвинили в попытках дискредитации Советской власти путём противодействия сносу «ненужных памятников старины». Наказания до 1937 года были более или менее «мягкими» Померанцева «всего-навсего» сослали в Вельск Архангельской области.
После окончания срока ссылки, жить пришлось в Зарайске и в Калуге. После 1953 года Николай Николаевич реставрировал Соловецкий, Ферапонтов и Кирилло-Белозерский монастыри и другие памятники.
Сын священника храма святителя Николая чудотворца в Пыжах, Николай Николаевич Померанцев прожил 95 лет, скончался в 1986 году. Одна из его заслуг — спасение иконостаса уничтоженного Вознесенского монастыря в Кремле. Он обменял ценный позолоченный иконостас XVII века на иконостас церкви Двенадцати апостолов середины XIX столетия в кремлёвском Патриаршем дворце. Важный аргумент — счищать золото с иконостаса церкви Двенадцати апостолов было гораздо легче, чем с пышных барочных окладов монастырского собора.
Званцевки и званевцы
Большинство имён художников выставки «Школа Званцевой. Лаборатория модернизма» совсем неизвестны. Ольга Розанова — исключение. Николая Тырсу и Софью Дымшиц-Толстую вспомнят далеко не все. Куратор выставки Вера Рябинина привезла на экспозицию «Декоративный nature-morte» 1911 года Дымшиц-Толстой. Если вы подумаете о влиянии Анри Матисса и использовании его приёма, напомним, что его работа «Красные рыбы» из собрания С.Щукина, а затем ГМИИ появилась годом позже, в 1912 году.
Оставляем за кадром работы Александра Плигина, Фавсты Шихмановой (арестована в 1937 и пропала без вести), Сергея Колесникова (эмигрировал в 1925), Владимира Дмитриева (главный художник МХАТа). Мы восхитились их картинами и надеемся на персональные выставки этих художников.
Выражаем огромную признательность музею Русского импрессионизма за неоценимый просветительский труд.
Авторские аудиотуры в художественных музеях Москвы
Вниманию интересующихся читателей предложим авторские аудио-экскурсии по нескольким экспозициям художественных музеев Москвы. Прилагаем ссылки на туры без входных билетов, их можно слушать на смартфоне в любое время в любом месте.
Впервые в Пушкинском музее: по следам древних цивилизаций к полотнам классиков.
***
Третьяковская галерея — обзорная экскурсия-аудиогид в приложении.
***
Древнерусская живопись в Третьяковской галерее.
***
Врубель в Третьяковской галерее: аудиоэкскурсия по залам Врубеля.
***
Росписи, иконы и святыни в храме Христа Спасителя.
Основные источники
«Мазилы и красильщики заборов» — theblueprint.ru/culture/art/zvantseva-school
«Учат в школе: как ученица Репина создала самую передовую школу современного искусства» — daily.afisha.ru/culture/33040
«Октябрь 1911. Ольга Розанова в школе Званцевой в Петербурге»
Журнал Коллекция. «О выставке «Школа Званцевой. Лаборатория модернизма» — sammlung.ru/?p=109037
Журнал Коллекция. «Школа Званцевой. Лаборатория модернизма» — sammlung.ru/?p=107890
Загрузка...