Д.Рубина «…Их бин нервосо!…»

Вот какая штука получается. Оказывается, впечатления от прочитанной книги могут быть совершенно разными в зависимости от того что читал до этого. Как к одному блюду полагается подавать белое вино, а к другому — красное.

Читала «Тёмные аллеи» И.Бунина и, почти без перерыва, открыла Дину Рубину «Их бин нервосо». Сразу — другой мир, иная жизнь. Даже дело не во времени когда происходят опиываемые события, а в стиле и языке, манере изложения. После Бунина Рубина показалась настолько «бульварной», «жёлтой», что захотелось отложить. Но постепенно «вчитываешься», привыкаешь. И уже плывёшь по волнам её израильских сюжетов, окунаешься в быт простых людей, переживаешь отрывочные эпизоды чужих жизней, смеёшься её точной шутке.

А потом, не дочитав до конца берёшь Сахновского «Острое чувство субботы». И, как будто, опускаешься на ещё более низкую ступеньку языковой иерархии. А потом опять берёшь Рубину. После Сахновского её язык кажется роскошным, правильным, несмотря на то, что там и тут  всплывает не литературные словечки. Но общий строй повествования —  подходящий именно в этой ситуации кажется лёгким и верным.

И всё-таки, этот сборник не самое лучшее из написанного. Любопытные сцены из израильской жизни, жизни русских в Израиле  По настоящему нас рассмешил случай, когда израильский полицейский пытался выяснить у русскоговорящего студента кто такой Ленский, подразумевая вовсе не героя романа «Евгений Онегин», а еврейского диссидента. Фамилия Ленский в Израиле довольно распространена. А бедный студент понятия не имел ни о каком диссиденте, зато изучал роман А.С.Пушкина. Сцена получилась живая, комичная, пожалуй, её стоит вкратце пересказать.

«Полицейский:
— Ты про Ленского слышал?
Студент:
-Да…конечно.
Полицейский:
— От кого?
Студент иронически поднимает брови, оглядывается на секретаршу, наконец, говорит:
— То есть как — от кого? От Пушкина.
Офицер быстро помечает что-то на листке перед собой.
-А где он сейчас — знаешь?
-В каком смысле — где? — настороженно спрашивает молодой человек, — его же это…убили….
-Как — убили?! — вскрикивает визави. — Кто убил?!
Он вскакивает из-за стола и начинает в страшном возбуждении кружить по комнате. Очевидно, его сильно задевает тот факт, что этот сопляк знает об убийстве Ленского, а он, офицер полиции, почему-то не знает. Он останавливается напротив студента и повторяет:
— Кто убил?
Студент, уже чувствую, что этот странный разговор с сумасшедшим любителем пушкинского романа пошёл по какому-то неправильному руслу, поёживается и тихо говорит:
— Ну как же… ну, этот… Онегин же…
Полицейский подскакивает к столу, быстро записывает и это показание.
И только когда он пытается выяснить точную дату убийства, а юноша, явно подсчитывая что-то в уме, бормочет, что приблизительно в первой четверти девятнадцатого века… следует, как — у Гоголя — финальная сцена с застывшими фигурами и вытаращенными глазами…»

Да, всё же Рубину нужно читать избирательно. Например, «Белую голубку Кордовы». Или рассказы. «Астральный полёт души на уроке физики».

Поделиться в
Звёзд: 1Звёзд: 2Звёзд: 3Звёзд: 4Звёзд: 5 (Пока оценок нет, будьте первым! Оцените пожалуйста материал.)
Загрузка...

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *