Моя жизнь в «Интуристе». И снова Россия. Водители

Продолжение. Предыдущий рассказ цикла называется «Армения и Азербайджан».

Россия, Русь… «Старая Русь»… Так назывался тогда маршрут, который теперь называется «Золотым кольцом». Собственно Золотое кольцо было и раньше, да вот только для иностранцев кусок его был закрыт – видимо, из-за военного аэродрома в Иваново. Не ездили они и в Кострому. Лишь в 90-е мы стали долетать прямиком от Костромы до Суздаля через Иваново, к тому времени переименованное в народе в Ереваново: многочисленные беженцы нахлынули туда, чтобы составить компанию «незамужним ткачихам», и город уже не был славен невестами. А в те далекие 80-е кольца как такового не было: надо было сначала съездить на пару дней в Ярославль, потом вернуться переночевать в Москву и лишь потом, наутро, ехать во Владимир-Суздаль. Ну или в обратном порядке.
Иногда, после еще одной ночевки в Москве, путешествие продолжалось до Ленинграда через Калинин и Новгород. Мне ни разу не посчастливилось съездить в автотур Брест – Выборг на иностранном автобусе, зато Старая Русь стала достойной альтернативой Сибири и Средней Азии. Мотались туда и летом, и – особенно – в районе Нового года, на фестиваль «Русская Зима». Тройки, бубенцы, самовары… Были и многодневные поездки в Суздаль на равнинных лыжах – катались по руслу речки Каменки. А летом в Каменке купались, на берегу загорали…
В Старой Руси были свои прелести и свои опасности. Тогда я еще не научилась говорить туристам волшебную фразу, после которой их как ветром сдувает с переднего сидения, и гид может спокойно усесться на него сам: «Мадам, месье, эти места не покрываются страховкой.» Я покорно тряслась на откидном, не думая, впрочем, о том, что можно вылететь через лобовое стекло. А ведь одна наша коллега так погибла, а другая осталась жива, но сильно повредила ноги. Если в группе был сопровождающий, можно было устроиться на переднем сидении рядом с ним. Ну или за водителем, рядом с другим водителем, часто спящим. Водители тогда, к недоумению клиентов, ездили на Старую Русь по двое и рулили по очереди, и были они на этом маршруте ключевыми игроками. Переводчиц они звали между собой «переводными», начинали знакомство со слов: «И как это тебя муж на маршруты отпускает?!» и не упускали случая приударить, хоть и имели в Суздале «вторых», тамошних, «жен». Ухаживания порой бывали навязчивыми, но если следовал отказ, заканчивались словами типа: «Колхоз – дело добровольное». Хотя случались между гидами и водителями и более или менее продолжительные романы, а некоторые переводчицы даже вышли за водителей замуж. Были и разбитые при этом семьи.
Помню и ходившую тогда не любовную историю про совсем юную, начинающую гидессу. Девушка собралась во Владимир с двумя молодыми водителями – один из них приехал на работу в гараж на мотоцикле.
— Ой, а что это у вас? – спросила дебютантка, указывая на огромный мотоциклетный шлем, лежащий на торпеде.
— А это для гида, — серьезно отвечал водитель. – Правила техники безопасности.
Девушка нацепила шлем – а была она на редкость миниатюрной – и начала давать путевую информацию. Приехали в Киржач – там всегда делали остановку на туалет – перекур – размяться. Гиды и водители, прохаживавшиеся по стоянке, аж замерли с открытыми ртами и выронили сигареты, когда на нее въехал новый автобус: за рулем серьезный шофер, рядом на откидном – крошечное существо с гигантской металлической головой. Заговор был раскрыт.

Еще рассказывали, что однажды забыли в Киржаче двух немцев. Гид уже преспокойно докладывал о городе Покрове и месте гибели Юрия Гагарина, когда одному из водителей пришло в голову пересчитать туристов. Или он, пройдя по автобусу, обнаружил на сидении вещи без хозяев. Развернулись, поехали обратно в Киржач – немцев и след простыл. Поехали дальше, в сторону Москвы, и обнаружили забытых бодро марширующими по обочине nach Moskau.

Впервые собравшись на этот маршрут, я расспрашивала о нем своего приятеля Сашу К. Саша сказал:
— Хорошо бы тебе достались Эдик и Лева. Они классные!
«Ну это вряд ли, — подумала я про себя, — ведь водителей такое количество!» Утром, когда я пришла в гостиницу «Космос», у автобуса, уже поданного под багаж, возились два коренастых мужичка.
— Доброе утро, — приветствовала их я. – Я Марина.
— Эдик.
— Лева.
Та первая поездка вышла и правда классной. Водители подсказывали, помогали, и благодаря им я справилась со всеми трудностями, неизбежно возникающими, когда оказываешься в новых местах. Вечера мы проводили в компании Ольги Владимировны, русской дамы из группы, и ее мужа – большого добродушного фламандца. Еще в Москве Ольга Владимировна поведала, как ее девочкой немцы угнали из родного села, и как позже в концлагере она познакомилась с будущим супругом. В номере Эдик смачно нарезал домашнее сало, а когда из-под ножа у него выскальзывал соленый огурец, говорил фламандцу: «Наступи!» Потомок Тиля Уленшпигеля радовался, как ребенок, повторял понравившееся ему слово и опрокидывал рюмку за рюмкой наравне с водителями.
Это напомнило мне другой случай, видимо, своей непохожестью: одна наша бывшая переводчица как-то привела к своим русским друзьям жениха-француза. Весь вечер тот отказывался пить и сидел, точно жердь проглотил, не произнося ни слова. Когда все вышли курить на кухню, он остался за столом один. Кто-то из друзей зачем-то вернулся в комнату, а потом вновь вбежал в кухню с выпученными глазами:
— Ребята! Он там… загорнил!
Для тех, кто не понял – француз поднес бутылку водки ко рту и запрокинул ее на манер пионерского горна.

Пока бельгийский муж изучал местные традиции и напитки, Ольга Владимировна рассказывала мне:
— Знаете, Мариночка, все хотят уехать из России за рубеж – а Вы не представляете, как у нас страшно и тяжело жить. Например, нас недавно обокрали. Мы живем в доме в глубине огромного сада. И вот никого не было: сын уехал кататься на лыжах в швейцарские Альпы, а мы с Хьюго – на море в Испанию. У нас там тоже дом. Но все машины стояли на месте: обе мои машины, обе машины сына и три мужа. И все равно к нам залезли. Очень, очень страшно жить!

В Ярославле я отмечала день рождения. Оказалось, что у местного гида Татьяны К. тоже день рождения, и мы вместе с водителями отправились праздновать на берег Которосли, пока туристы бродили по колхозному рынку. И снова было веселье, и водка с домашними огурчиками. Вот никогда особо не любила водку, а огурцы и того меньше, а тут все шло на ура.
Попойки с водителями скоро стали делом обычным, а если случалось встречать в Суздале Новый год, то и святым. Однажды в новогоднюю ночь, закончив официальную часть с клиентами в ресторане, гуляли большой компанией гидов и водителей в чьем-то номере. Среди последних был восточный человек по имени Саша. Кто-то шепнул мне по секрету, что на самом деле его зовут Саид, но это страшная тайна, и не дай Бог, если он узнает, что кто-то знает. Я честно всю ночь соблюдала конспирацию, а под утро, прощаясь с сотрапезниками, вдруг неожиданно для себя спросила:
— Саид, зачем ты убил моих людей?

Предавались мы и более интеллектуальным развлечениям – например, резались в преф. Я была матерым преферансистом: всю студенческую театральную молодость провела за этим занятием и весьма преуспела. Когда мы ездили на гастроли и в агитпоходы, то играли, как безумные, ночи напролет, в перерывах между спектаклями и репетициями. Рядом часто лежал мой больной однокурсник Костик Е.
— Ребята, — молил он слабым голосом, едва пробивавшимся сквозь кашель. – Ну будьте людьми, кончайте. Завтра доиграете.
— А мы завтра и доигрываем, — цинично ухмылялся в ответ другой наш артист Женя Р. Время обычно было полчетвертого.

Водитель Юра, с которым мы решили расписать пулю в Суздале, тоже оказался игроком высокого класса. Его сменщик Валера сказал, что и он играет, но в процессе то и дело выяснялось, что он знает лишь фразочки типа «знал бы прикуп, жил бы в Сочи», но не знает правил.
— Ну Толька, ну гад! – ругался Валера. – Вернусь в Москву – убью: какого черта он меня неправильно научил!
Четвертым мы взяли водителя другой группы старичка Федора Ивановича, погруженного в свои стариковские мысли.
— Федор Иваныч, ты чего по одной сдаешь? – прикрикивал на него Юра. — По две сдавай – чай не в буру играешь.
— О! Давай в буру! – оживлялся Федор Иванович. – Или в сику.
Так опять просидели ночь.

Водители охотно участвовали в шутках, которые мы иногда разыгрывали с туристами. Как-то возвращались в Суздаль после ужина в загородном, а ля деревенском ресторане, название которого я забыла. Кажется, он так и назывался «Русская деревня». Сопровождающий ЖПМ, его помощник Клод, незадолго до этого по-простому совавший мне стодолларовую купюру, чтобы я ночью пришла к нему в номер, два водителя, я и человек пятнадцать турагентов. По беззвучной команде ЖПМ водитель Миша остановил машину в чистом поле — мы все, кроме турагентов, молча оделись и вышли в ночную мглу. Спрятались за автобус и ждали, что будет, но ничего не произошло. Когда мы, продрогнув на морозе, вернулись, турагенты сидели, сжавшись от страха, но ни один из них не проронил ни звука.
То была тяжелая поездка. Мы плясали и пели до утра: ЖПМ раздавал направо и налево бутылки коньяка и флаконы французских духов, чтобы бары и рестораны оставались открыты столько, сколько потребуется — лилось шампанское, подносились все новые горы масляных блинов с икрой. Водители тоже были приглашены, и как они на другой день управляли автобусом – теперь страшно подумать. Целый день мы маялись на экскурсиях, думая лишь о том, где бы прилечь, а к ночи молодой организм брал свое, и мы снова пускались в пляс, и снова до утра не смолкали песни.
Были водители, которые пели за рулем … Вообще много кого и чего было, всего теперь и не вспомнишь. Да и описывать, как съезжали с визгом с какой-то песчаной горы в Новгороде или кто когда и откуда упал, или кто и как спьяну вывалил себе на грудь банку маринованных грибов и т. п. – как-то неловко. Но осталось ощущение радости и вечного праздника. Водителям – друзьям моей молодости — тем, кто еще крутит баранку, и тем, кого уже нет — посвящаю эту главу. А о некоторых приключениях на маршруте расскажу в следующей.




Продолжение в статье «Невероятные приключения канадцев в России».
Все рассказы Марины Кедреновской.

TEXT.RU - 100.00%

Комментарии 7

  • Марина, как здорово написала, я тоже погрузилась в воспоминания. Однажды водитель стал ухаживать, я его отшила. Месть его была страшной . Он нас привез на вокзал, я вхожу в купе, открываю сумку, а там что-то большое в газете. оказался кирпич. Я разозлилась, а потом хохотала. Представила, как мы выйдем из поезда, а проводница увидит кирпич на столе: «Какой дурак и зачем принес сюда кирпич?»А меня уж и след простыл.

  • Марина, просто класс! Я тоже стала вспоминать. Да, водители пытались ухаживать, было нам молодым и красивым непросто:)
    А я вспомнила, как в дни Олимпиады мы с коллегой уговорили водителя поехать на прощание с Высоцким. Автобус привозил туристов-болельщиков на стадион (в данном случае — Лужники) и ждал до окончания соревнований. Мы -тоже. Могли пойти на трибуны, могли ждать в автобусе. А тут — Высоцкий… Сорвались и рванули по пустой Москве на Таганку. Никогда не забуду очередь, которая тянулась до высотки. Проехали, мысленно попрощались…
    Хорошо, что успели обернуться до перекрытия подходов к театру водовозами. Вот такой гражданский совместный акт имел место.

    • Оксана, здОрово! Вот только мне странно, что Москва была пустой. Мне запомнилось, что когда умер Высоцкий, было полно народа. Это был второй раз в моей жизни, когда я видела в Москве конную милицию. Первый — в далеком детстве, не знаю, по какому поводу.

  • Марина, ая часто каталась по маршруту Брест-Выборг. Раз 60 за 40 лет. Уже каждый куст был знаком. Там тоже были любовные истории, но уже с иностранными водителями и турлидерами. Страсти кипели еще те.Но если честно , мне Золотое кольцо больше нравится.

  • Над одной историей до сих пор хохочу. Была английская автобусная фирма,где было два водителя-35 и 50 лет. С ними послали очень молодую красивую гидессу и молодой в нее влюбился по уши. Она все лето с ними откатала, и осенью он ее пригласил в Англию , осыпал подарками и т.д. Но замуж она за него не вышла, просто принимала ухаживания. Все это стало известно ее начальнице, и хотя уже не было строгих инструкций по поводу морального облика гида,и никто не следил с кем там мы крутим шуры-муры, начальница очень расстроилась и уволила бедняжку. Долго выбирала самого морально устойчивого гида и на следующий год поставила меня. И что вы думаете? Я до потери пульса влюбилась в 50летнего водителя и хотя в Лондон он меня не приглашал , было много романтических моментов, которые с удовольствием вспоминаю.

    • Да, обломалась начальница( Так бывает, когда пытаешься проявить излишнюю бдительность. У меня есть похожий случай, но я его скоро в книжке опишу.

  • Туры были так спланированы-галопом по европам. В Бресте крепость не смотрели, в Смоленск тоже не заезжали, только обедали в кафе на трассе, да и в Выборге экскурсии не было. Выборг смотрела сама, после отъезда группы перед вечерним поездом в Москву. В последние годы все упростилось- встречали не на границе, а в гостинице в Бресте, а провожали в гостинице в Питере.

Слово молвить