Музей-усадьба Новоспасское стала нашей первой остановкой в небольшой поездке под условным названием “Венок усадеб”. Всего мы посетили шесть усадеб – две в Смоленской губернии, три в Псковской и одну в Тверской.
Дорога из Москвы в Новоспасское
В Новоспасское можно попасть двумя путями – по М1 и по старому Варшавскому шоссе через Малоярославец, Медынь и Рославль. Однако второй путь длиннее и идёт по более глухим местам.
Глушь добралась и до М1. К заросшим полям добавились заброшенные заправки. От Москвы до Сафоново мы насчитали добрых две дюжины таковых.
От Сафоново мы продолжили путь по районным дорогам, на удивление ровным.
Единственно, случаются проблемы с указателями. Я углядел поворот на Новоспасское в самый последний момент. Вы спросите про навигатор? А он там не работает. Поблизости находится военная база.
Село Новоспасское явно переживает не лучшие времена. Большинство домов заброшено, церковь Спаса Преображения хоть и открыта, но выглядит довольно обшарпанной. Это старейший сохранившийся сельский храм Смоленщины, построенный дедом композитора М.И.Глинки аж в 1786 году.
Музей-усадьба Новоспасское. История
Древний род Глинок восходит к Речи Посполитой. После очередного завоевания Смоленска московитами в 1654 году, польской шляхте было предложено перейти в православие с сохранением земельных угодий и привилегий, включая фамильные гербы, или покинуть пределы Смоленщины. Некий Викторин Владислав Глинка отрёкся от веры предков и присягнул московскому царю. Он был прадедом Михаила Ивановича Глинки.
Отец будущего композитора Иван Николаевич Глинка в 1810-1814 годах построил в Новоспасском новый усадебный дом на месте прежнего.
После смерти младшей сестры Михаила Ивановича её муж генерал Измайлов продал дом на своз. Строение перевезли в Коломну где в нём устроили казармы, которые вскоре сгорели. Уцелел лишь фундамент.
В конце 70-х годов прошлого века по инициативе Ивана Семеновича Козловского дом восстановили и открыли в нём мемориальный музей.
Усадебный дом
Даже сейчас обширный двухэтажный особняк производит внушительное впечатление. Можете себе представить, как он выглядел 200 лет назад.
По воспоминанием сестры Михаила Глинки Людмилы Ивановны Шестаковой:
Отец выстроил прекрасный, роскошный дом. все потолки были расписаны лучшими московскими мастерами того времени. во всех парадных комнатах были бархатные обои, купленные им самим в Петербурге. Мебель была в каждой комнате из особого дерева. Великолепные зеркала, паркеты, люстры, лампы. Одним словом – роскошь во всём. Всё было сделано с таким вкусом и изяществом, что ежели бы перевезти наш дом в Петербург, то он не был бы одним из последних. выстроен он был весь из дуба и сосны – прочного, хорошего леса.
Парковый фасад выходит на зелёную лужайку, полого спускающуюся к речке Десне.
В доме всего 27 комнат, из них 14 доступны для осмотра. Экскурсия по дому начинается в буфетной. Здесь речь идёт об истории дома.
Следующая по порядку – спальня матери композитора Евгении Андреевны Глинки-Земельки.
Родители Глинки были троюродными братом и сестрой. Иван Николаевич Глинка четырежды просил руки и сердца своей избранницы, но её отец постоянно отказывал жениху, мотивируя это близким родством.
В конце-концов мать Ивана Николаевича Фёкла Александровна посоветовала сыну… “украсть” будущую невесту.
В назначенный день Евгения Андреевна якобы отправилась на реку, надев скромное платье и взяв узелок с подвенечным нарядом. На берегу в условленном месте она переоделась, разложив свою одежду. Там её уже ждал Иван Николаевич в сопровождении 12 гайдуков. Те разобрали мост позади кареты, чтобы задержать погоню.
Молодые обвенчались в церкви Спаса Преображения в родовом имении и прожили вместе 32 года вплоть до кончины Ивана Николаевича.
Евгения Андреевна родила мужу 13 детей. Из них 9 умерли. После кончины мужа, она ещё 17 лет управляла Новоспасским.
Мишенька был вторым ребёнком в семье. Он родился утром 21 мая 1804 года. Сразу после его рождения в саду запел соловей.
В витрине представлена копия Метрической книги из Преображенской церкви с записью о рождении и крещении Михаила Глинки.
Групповой портрет с изображением матушки Евгении Андреевны, её сына Михаила и дочери Пелагеи является копией с портрета, украшавшего крышку табакерки Ивана Николаевича Глинки. Сама табакерка хранится в Эрмитаже.
Комод с зеркалом подлинный. Он принадлежал матушке Глинки Евгении Андреевне.
Девичья
В любой барской усадьбе одну из комнат отводили под девичью. Там жили крепостные девушки, бывшие в услужении у господ. В промежутках между поручениями они не бездельничали, а занимались рукоделием. Девичья располагалась рядом с хозяйской и гостевыми спальнями и черной лестницей, ведущей к детским комнатам.
Глинки были весьма богатыми помещиками. Иван Николаевич владел тысячей душ, а у Евгении Андреевны было чуть более 800 крепостных.
Как выглядела девичья в Новоспасском неизвестно. Обстановку комнаты воссоздали на основе литературных источников того времени, таких, как повесть Л.Н.Толстого “Детство” и “Ранние годы моей жизни” Афанасия Фета.
В углу стоят пяльцы, рядом с ними – светец.
В комнате есть прялки, утюг, домотканые материи
и стол с самоваром. Хотя неизвестно, баловали ли Глинки своих крепостных девок чаем. 🙂
На стене помимо лубочных картинок висят полка с рушником и глиняный рукомой, именуемый урыльником. Вода текла из носика, иначе именуемого рыльцем.
Первая и вторая гостевые спальни
По воспоминаниям дочери Людмилы Шестаковой, Иван Николаевич Глинка был гостеприимным хозяином. В доме обустроили целых две гостевые спальни. Об их убранстве ничего неизвестно, поэтому первую гостевую комнату посвятили детству и учению Михаила Глинки, а вторую – его первому заграничному путешествию, женитьбе и созданию оперы “Иван Сусанин”.
В первой гостевой упоминается о строительстве Спасо-Преображенского храма дедом будущего композитора. Здесь представлены копия разрешения Святейшего Синода от 1782 года
и фотография колокола из церкви. Он находится в музее музыки в Москве.
В 1812 году Глинки уехали в Орёл, а ценные вещи спрятали в церкви. Завоевателям так и не удалось проникнуть внутрь храма, хотя дом они разграбили.
Миша с детства был очень восприимчив к музыке и с 10 лет его начали учить игре на фортепиано и скрипке. С ним занималась гувернантка Варвара Фёдоровна Кламмер, приглашённая из Петербурга. Её аттестат можно увидеть в экспозиции.
В 1817 году родители отвезли Михаила в Благородный пансион при Главном педагогическом институте (впоследствии СПб университете). Там его гувернёром стал однокашник Пушкина Вильгельм Кюхельбекер.
Глинка провел в пансионе 4,5 года. Обучение было платным и весьма недешёвым. В год надлежало заплатить 1800 рублей серебром. Распорядок дня установили весьма жесткий – недаром воспитанники называли будивший их с утра колокольчик “чёртовым горлом”.
Зато образование там давали великолепное. Пансионеры изучали 9 (!) иностранных языков, включая персидский и играли на пяти различных музыкальных инструментах.
Вместе с Глинкой в Благородном пансионе учился Лев Пушкин – младший брат Александра Сергеевича Пушкина. Через него Глинка познакомился с великим поэтом.
Начало музыкальной карьеры
После окончания пансиона Глинка изучает западную классическую музыку,
дирижирует крепостным оркестром своего дяди.
Тогда же Глинка пробует себя в сочинительстве, пишет романсы на слова Е.А.Баратынского и А.С.Пушкина.
В 1830 году Михаил Иванович отправляется в Италию. Там он знакомится со знаменитыми композиторами Беллини и Доницетти. В Италии начинает проявляться творческая манера Глинки в том числе в вариациях для фортепиано на романс Алябьева “Соловей мой, соловей”.
Женитьба Глинки и опера “Жизнь за царя”
В 1834 году до Глинки доходит известие о смерти отца и он спешно возвращается домой.
В его планах – создание первой русской национальной оперы. После долгих поисков сюжета Глинка, по совету Василия Андреевича Жуковского, остановил свой выбор на предании об Иване Сусанине.
В апреле 1835 года Глинка женился на Марии Петровне Ивановой. Знакомство с будущей супругой произошло в доме друга Глинки Стунеева, мужа его сестры Марии. Глинка остановился у него по приезде в Петербург. Там же гостила родственница Стунеева Маша Иванова. Друзей удивил выбор Михаила Ивановича – девушка не была красавицей, у неё не было ни большого приданого, ни серьёзного образования. Однако Глинка влюбился и, несмотря на разницу в возрасте: ему был 31 год, ей – 18, женился на ней.
Молодые уезжают в Новоспасское, где воодушевлённый композитор берётся за свою оперу. Она получила название “Жизнь за царя”.
Спустя год Глинка закончил оперу, но директор императорских театров Александр Гедеонов был категорически против её постановки. “Жизнь за царя” оказалась на сцене лишь благодаря “директору музыки” Большого театра в Петербурге Катерино Кавосу.
Творческий успех и семейные проблемы Глинки
“Жизнь за царя” имела ошеломляющий успех. Вот что Глинка написал о премьере своей матушке:
Вчерашний вечер совершились наконец желания мои, и долгий труд мой был увенчан самым блистательнейшим успехом. Публика приняла мою оперу с необыкновенным энтузиазмом, актёры выходили из себя от рвения… государь-император… благодарил меня и долго беседовал со мною…
Благодарность Николая I выразилась в поистине царском подарке – перстне с топазом, окружённом тремя рядами бриллиантов ценой 4000 рублей. Глинка подарил его жене.
В музее можно увидеть шуточный “канон”, написанный в честь Глинки Пушкиным, Жуковским, Вяземским и Вильегорским 13 декабря 1836 года.
Мария не интересовалась творчеством мужа, её занимали балы, наряды и собственный выезд. Спустя 4 года после женитьбы она начала открыто изменять мужу. Глинка разъехался с супругой, а та вскоре тайно обвенчалась с корнетом Николаем Васильчиковым. Венчал их пьяный попик в захолустной церквушке. Когда этот факт раскрылся, виновного сослали в Сибирь.
А Михаил Иванович Глинка влюбился в Екатерину Ермолаевну Керн – дочь знаменитой Анны Петровны Керн, которой Пушкин посвятил свое:
Я помню чудное мгновенье…
Из-за долгого бракоразводного процесса Глинки роман с Екатериной Керн закончился ничем. Глинка уехал за границу и по возвращении не стал возобновлять отношения.
Глинка посвятил Екатерине Керн несколько коротких произведений. В их числе вальс-фантазия.
Диванная или “говорильня”.
Опера “Руслан и Людмила” первоначально не понравилась публике. Император ушел из театра после пятого акта. Но с четвёртого представления, когда сменили актёрский состав, к сочинению М.И.Глинки пришёл успех. При его жизни состоялось 56 представлений “Руслана и Людмилы”.
Тяжело переживая критику, Глинка уезжает в Европу. В 1844 году в Париже он знакомится с Гектором Берлиозом.
Спустя 3 года композитор возвращается в Россию, затем вновь стремится за границу, но ему отказывают в выдаче паспорта. Тогда Глинка едет в Варшаву, где пишет “Камаринскую”. Спустя десятилетия Пётр Ильич Чайковский напишет:
Вся русская симфоническая школа, подобно тому как весь дуб в жёлуде, заключена в симфонической фантазии „Камаринская“.
В промежутке между заграничными вояжами Глинку уговорили снять прижизненную гипсовую маску. Процесс оказался очень мучительным. Тем не менее, именно с неё выполнен бронзовый бюст, стоящий в Новоспасском музее. Сам Глинка ростом не вышел – всего 153 см. Бюст стоит именно на такой высоте от пола.
В 1856 году Глинка вновь уехал заграницу в Берлин. На заставе от простился с сестрой Людмилой и затем сказал:
Когда бы мне никогда более этой гадкой страны не видать
Слова оказались пророческими: в феврале 1857 года Глинка умер в Берлине от обострения хронической болезни печени, вызванного простудой. В музее выставлена копия последнего письма к сестре Людмиле, датированного 13 января 1857 года.
Из “говорильни” открывается анфилада парадных залов усадьбы.
Музей-усадьба Новоспасское. Гостиная
По свидетельству самого Глинки и его сестры Людмилы, гостей в доме бывало очень много – до 100 человек – и задерживались они надолго. День ангела матери Евгении Андреевны праздновали 24 декабря, а именины отца 7 января. Так что родственники оставались у Глинок на добрых две недели.
Интерьер восстановлен в соответствии с эпохой. Мемориальных вещей здесь нет, но есть старинный клавикорд XVIII века
и старинная мебель красного дерева.
На стене висят полотна русских и европейских художников.
Парадная зала
Интерьер парадной залы восстановили по рисунку госпожи Елены Врангель, которая бывала в гостях у Глинок.
Именно в этой комнате Глинка писал оперу “Иван Сусанин”, позже названную “Жизнь за царя”. Композитор вспоминал:
Ежедневно утром садился я за стол в большой и весёлой зале в доме нашем в Новоспасском. Это была наша любимая комната: сёстры, матушка, жена… чем живее болтали и смеялись, тем быстрее шла моя работа. Время было прекрасное, и часто я работал, отворивши двери в сад, и впитывал в себя чистый бальзамический воздух.
В зале находится мемориальный рояль, принадлежавший сестре Глинки Марии Ивановне Стунеевой. Отец композитора говорил: “Недаром соловей запел – вот и получился скоморох”. Иван Николаевич два года не дожил до успеха оперы “Жизнь за царя”, написанной его сыном.
Зеркала в зале также мемориальные, в них смотрелся сам Глинка говоря: “А я красивый малый”. На лбу у него был вихор волос, который даже указывали в паспорте как особую примету.
Зеркала различаются по форме рам и подзеркальников.
Столовая
Следующая комната в парадной анфиладе предназначалась для торжественных обедов. В центре её стоит стол-“сороконожка”, рассчитанный на 20 персон. По воспоминаниям Людмилы Шестаковой этого стола не хватало и ставили ещё один в кабинете Ивана Николаевича. Стол подлинный из дома Глинок,
также как и прочая мебель: массивный сервант начала XIX века,
горка с фамильной посудой,
включая серебряную ложечку, найденную в 1978 году в начале реставрационных работ.
На столе стоит фаянсовый сервиз, принадлежавший Евгении Андреевне. Хрустальные подсвечники также считаются семейными реликвиями.
Матушка Глинки была хозяйственной особой. Недаром в письме из Варшавы Михаил Иванович просит прислать ему окорок и варенья – земляничного, брусничного и малинового.
Рядом с дверью в бильярдную стоят подлинные английские часы. Они остановлены на 5 часах утра, когда Михаил Иванович умер в Берлине.
Бильярдная и секретарская
Бильярдная замыкает анфиладу парадных залов. Она служила для отдыха мужского общества. Бильярд в комнате современный.
Зато ломберный столик у стены – старинный. Глинки не играли в карты, столик происходит из другого имения.
В шкафу у стены стоят старинные бокалы – так называемые “рёмеры”. Это мемориальные артефакты, принадлежавшие Глинкам.
Поблизости находится секретарская. Здесь дежурил камердинер и здесь же хозяин имения принимал деловых визитёров. Когда-то в комнате стояли книжные шкафы и секретер. Из воспоминаний Людмилы Шестаковой известно, что библиотека была небольшая, старинная. В ней хранились книги, изданные ещё при императрице Екатерине.
Сейчас в комнате есть подлинный шкаф из имения Шмаково, принадлежавшего матушке композитора. Правее видна печь. Весь дом отапливали 24 печи и два камина. Наконец справа стоит дорожный сундук.
Ещё один сундучок-подголовник XVII века стоит на полу у стены. В таких сундучках хранили ценности и грамоты. На ночь их ставили в изголовье вместо подушки.
Спальня отца
Иван Николаевич слыл рачительным хозяином. После смерти матушки Фёклы Александровны он занялся коммерцией, брал различные подряды и откупа. Он построил конный, кирпичный и винокуренный заводы, сукновальню, развивал различные промыслы.
В усадьбе выстроили оранжерею, где росли ананасы, абрикосы, персики и лимоны. От оранжереи остался лишь фундамент.
Иван Николаевич не был чужд прекрасного. Цветочный сад простирался на целых шесть вёрст в окружности.
Мебель в кабинете соответствует эпохе. Это бюро, письменный стол и кресла. Единственная мемориальная вещь здесь – это керосиновая лампа из дома Глинок.
На стене висят портреты Фёклы Александровны
и первого польского короля Болеслава Храброго.
Согласно преданию, именно он даровал Глинкам фамильный герб.
Отправляемся на второй этаж дома.
Кабинет М.И.Глинки
Несмотря на многочисленные разъезды по Российской империи и Европе, Глинка очень любил Новоспасское. В своём кабинете он работал над операми “Иван Сусанин”, “Руслан и Людмила” и другими произведениями. Здесь композитор писал романсы на стихи Василия Андреевича Жуковского и здесь же у него возник замысел “Камаринской”.
В кабинете можно увидеть немало мемориальных предметов. В бюро у стены лежат личные вещи композитора. Это его дорожный набор (слева)
и бинокль из слоновой кости.
Часы-картину Глинка привёз из одной из заграничные поездок как сувенир. Сейчас механизм неисправен, а в старину часы не только показывали время. У ветряной мельницы в глубине картины вращались крылья.
Глинка не только сочинял прекрасную музыку, но и неплохо рисовал. Об том напоминает пейзаж с автографом Карла Брюллова: “Скопировано недурно”.
В комнате также стоят подлинные книжный шкаф
и кресла. На последних даже сохранилась оригинальная обивка.
Самый трогательные предмет в кабинете – это дубовый стул перед роялем. Людмила Шестакова велела сделать его из засохшего дуба. Дерево погибло сразу после смерти композитора.
Комната птиц и зал
Напротив кабинета находится особая комната. В ней живут певчие птицы. Глинка обязательно заводил канареек, зябликов и малиновок в любом месте где останавливался надолго. Всего у него жило до 16 видов певчих птиц. Птичье пение вдохновляло Михаила Ивановича на сочинительство. В Берлине помимо птиц Глинка завёл двух зайцев-барабанщиков.
В музее решили возродить традицию. Правда, в комнате птиц живут только канарейки. Сотрудники подвешивают для них картонные гнёздышки. Когда птиц становится многовато, они просто их убирают.
Обширный зал, в котором сейчас слушают музыку, когда-то служил детской и учебным классом. Последний раз Глинка побывал в усадьбе в 1849 году. Два года спустя он даже не смог попасть на похороны матушки.
Отделка зала не сохранилась. В нем стоит современный рояль фирмы “Беккер”.
На стенах можно увидеть несколько живописных полотен. Среди них портрет Глинки 1912 года
и “Морской пейзаж” кисти Льва Лагорио.
В старинном, пусть и воссозданном усадебном доме всегда найдётся место тайне. Есть такая и в Новоспасском.
Прежде чем спуститься по чёрной лестнице на первый этаж, надо загадать желание. Если вы спуститесь молча, то оно обязательно сбудется.
Усадебный парк
Будучи в Новоспасском надо обязательно пройтись по старинным аллеям усадебного парка.
Подойти к 200-летнему дубу, под которым Глинка сочинял музыку к опере “Руслан и Людмила”
обойти каскад прудов, спускающихся к Десне.
Наконец испить воды из Никольского источника.
Новоспасское, лежащее в стороне от больших дорог и крупных городов, оставило у нас самые лучшие впечатления.
Следующей усадьбой стала Слобода, в советское время переименованная в Пржевальское.
Весь маршрут путешествия мы изложили в статье “Дворянские усадьбы”.
