Нидербронн ле Бэн и Хагенау

Много в моей жизни было незабываемых поездок! Пожалуй, одна из самых незабываемых – на главный эльзасский курорт Нидербронн-ле-Бэн (Niederbronn-les-Bains). Редко звезды так удачно располагаются для путешественника, редко ему так везет абсолютно во всем с начала и до конца!

Итак, однажды, когда я гостила у друзей в Страсбурге, мы решили провести волшебное солнечное мартовское утро где-нибудь в бассейне под открытым небом. Конечно, возникла мысль о Баден-Бадене, но там все мы уже бывали.
Я предложила посетить новое место – тот самый Нидербронн-ле-Бэн, про который еще перед отъездом из Москвы прочитала в «ЗоПотой книге Эльзаса». (Да-да, именно так, через «п». В той же книге сей милый городок назван, кстати, Нидербронн-лес–Бейна – в этих малопонятных словах мне отчетливо слышится что-то испанское). Как повествует книга, географическое положение и термальные источники издавна влекли в эту местность людей со всего света. Еще древние римляне строили там термы, открыв в источниках великое множество целебных свойств. К информации из книги я добавила другую, найденную в интернете: что бассейн расположен в окружении Вогезов, и купание должно оказаться, если можно так выразиться, весьма живописным.
Мы позвонили нашему страсбургскому другу, машиной которого иногда пользуемся. «Увы, не сегодня, — с сожалением сказал друг. – Тачка нужна мне самому: сейчас как раз уезжаю навестить маман в санатории».
«Не беда, — подумали мы. – Машину можно взять и напрокат».
Собрав купальники, полотенца и прочие необходимые причиндалы, мы весело отправились на железнодорожный вокзал, где есть по крайней мере пять бюро проката автомобилей. Однако ни в одном из них свободного не оказалось.
«Опять-таки не беда, — не унывали мы. – Мы ведь на вокзале – попробуем добраться поездом. Во всяком случае, коль скоро мы уже здесь, надо пойти узнать расписание.» Погода между тем начала портиться: небо заволокло тучами, солнца как будто и не бывало, подул влажный холодный ветер.
Первым движением было посмотреть билеты в автомате, но, поразмыслив, мы решили, что лучше обратиться в кассу: там живой человек подробно нам все расскажет.
— Да-да, — с улыбкой отозвался на наш вопрос вежливый юноша, — поезд как раз отходит через десять минут. В пути час двадцать.
«Это судьба!» — поняли мы и, оплачивая билеты, уточнили:
— А поезд прямой?
— С одной пересадкой – в Агено. Стыковка пять минут, но вокзал там крошечный, и вы все успеете.
«Отлично!» — сказали мы себе и поспешили на перрон. Как только мы расположились в вагоне, за окном пошел дождь.
Прибыли на вокзал Агено (в немецкой версии Хагенау).

Дождь уже лил, как из ведра, а на соседних платформах не было ни одного состава. Более того, на табло над платформами, где обычно указывают направления и время отправления ближайших поездов, стояли лишь буквы, означающие пути: A, B, C и D.

При этом люди, ехавшие с нами в вагоне, дружно, почти бегом, припустились в подземный переход и скрылись в здании вокзала. Платформа опустела – спросить было не у кого. Увидев где-то вдалеке стоящий поезд, мы тоже бросились вниз. Кто-то кричал:
— Надо прежде все выяснить!
Другие отвечали:
— Пока будешь выяснять, и этот уйдет.
Выскочив из перехода там, где, по нашим прикидкам, должен был стоять состав, мы обнаружили, что он отделен от нас непреодолимой решеткой: видимо, ждал на запасном пути. Мы снова устремились в темный туннель и тут, наконец, увидели табло, а на нем – несколько поездов, в том числе наш. Только если рядом с другими светились первые четыре буквы латинского алфавита, то рядом с нашим было написано PG. Мы опять поднялись на платформу – пути с такими буквами не было. Опять спустились – на наше счастье в конце перехода вдруг замаячил насквозь промокший гражданин, собирающийся выбраться наружу.
— Что такое PG? – закричали мы ему вслед.
— Partie gare (со стороны вокзала), — в ответ крикнул он.
Так вот почему все спешили в здание вокзала! Мы тоже поторопились, пробежали здание насквозь – по другую его сторону не было не только поездов, но и рельсов. Зато были многочисленные автобусные остановки…

И только тут до нас, наконец, дошло: милый молодой человек из страсбургской кассы не удосужился уточнить, что надо не просто сделать пересадку, а пересесть на автобус. Однако и автобуса с нужным названием мы не узрели.
Вернулись в вокзал, где не менее милая девушка-кассирша не менее вежливо и к тому же очень радостно сообщила нам, что автобус только что ушел, а следующий будет через два с половиной часа. Дождь лупил все сильнее – но не возвращаться же в Страсбург не солоно хлебавши! Мы с трудом разыскали такси, ждавшее пассажира с опаздывающего поезда, и уговорили водителя доставить нас в Нидербронн. Нужно ли говорить, что такси обошлось нам дороже, чем все использованные и неиспользованные билеты? Дорога шла чистым полем, никаких Вогезов не намечалось даже на горизонте – впрочем, стекла так заливало водой, что если бы они и были, мы бы их, наверное, не увидели.
«Бог с ними с деньгами, Бог с ними с Вогезами, зато сейчас мы высохнем и отогреемся в термах», — говорили мы себе и друг другу. Въехав, наконец, в пустынный городок, любезный водитель высадил нас прямо у здания терм, чтобы нам больше не мокнуть (зонты мы еще утром предусмотрительно вынули из сумок).
Перед входом стоял большой щит: «Закрыто на зиму. Открытие 4 апреля.»
«Что ж, — подумали мы. – Этого следовало ожидать. Будем согреваться горячим обедом – благо, ресторанов вокруг хоть отбавляй.»
Надо сказать, что все к этому времени зверски проголодались. Предвкушая томленого ягненка, утиную ножку, шукрут с сосисками и кнели из свиной печени, мы сунулись сначала в один ресторан, потом в другой, потом в третий…

Везде был один ответ: время обеда прошло, и никакой еды не осталось – приходите вечером. Мы отдавали себе отчет в том, что до вечера здесь не протянем — сердце успокоилось горячим чаем-кофе в довольно скромной, но милой кондитерской,

где даже нашлись аппетитные пирожные.

И тут мы, наконец, расслабились и стали смотреть в окно: то, что мы там увидели, нам понравилось.

Пораскинув мозгами, я сообразила, что здание терм слишком мало, чтобы в нем мог поместиться бассейн под открытым небом. Мы задали вопрос хозяйке кафе, и она рассказала, что термы действительно закрыты до апреля, но есть еще большой муниципальный бассейн, и он открыт круглый год. Находится он и правда в горах, хотя и довольно низких, но неизвестно, термальная ли там вода.
Тут оказалось, что кто-то из нас и думать не думал плавать в бассейне, а хотел только париться в горячих источниках, а кто-то (а именно я), наоборот, не желал париться, а желал только плавать, любуясь горами. Так что, если бы термы и оказались открыты, мы все равно не достигли бы консенсуса и рисковали поссориться.
Эта мысль примирила нас с действительностью, к тому же у меня к тому моменту пропало всякое желание купаться. Другим положительным моментом было то, что обратные билеты можно использовать в любое время, и мы выяснили, что автобус в Хагенау отходит через пятнадцать минут. А остановка расположена прямо напротив кафе!

И сразу по прибытии в Хагенау, можно будет пересесть на поезд до Страсбурга на уже известных нам путях с буквами!
В ожидании автобуса мы снова огляделись по сторонам.
Нидербронн-ле-Бэн оказался вполне симпатичным, хотя и довольно типичным городком, с церковью и маленькими домиками.

В том числе расписными.

В нем течет узкая, но приятная речушка;

анютины глазки цветут, несмотря на дождь;

есть, разумеется, и городская ратуша.

Теперь увидели мы и лесистые Вогезы – невысокие, но очень красивые, обступившие город со всех сторон.
Из «Зопотой книги» я даже узнала, что его можно включить в мою коллекцию мест, связанных с великим Гёте. Во время обучения в Страсбурге, о котором я писала в рассказе «По следам Гёте», молодой гений совершил конную экскурсию по окрестностям. Потом он вспоминал о Нидербронне в книге «Поэзия и правда. Из моей жизни»:

«Здесь среди купален, основанных еще римлянами, обвеял меня дух древности, почтенные обломки которой в виде остатков барельефов и надписей, капителей и стволов колонн причудливо выглядывали мне навстречу из крестьянских дворов, среди разного хозяйственного мусора и утвари».

Увы, со времен Гёте городок немало изменился: он сильно пострадал во время Второй мировой войны. Однако и сегодня он, заново отстроенный и отреставрированный, продолжает привлекать туристов и болезных: помимо терм (оранжевое здание с белыми колоннами),

здесь есть и казино (за неимением собственного, помещаю его фото из «Зопотой книги» — нижнее. На верхнем – еще один, летне-осенний, вид городка.)

Кроме того, отсюда начинаются многочисленные экскурсии по крепостям и старинным замкам, в том числе в Вазенбург, поразивший Гёте. Вот что написал он позже:

«С уважением прочел я, когда мы поднялись к замку, на одной стороне большой отдельно стоящей утесистой массы хорошо сохранившуюся надпись, выражающую благодарственный обет Меркурию… С башни я еще раз обозрел весь Эльзас, и вершина собора ясно обозначала место Страсбурга».

Вскоре подошел наш автобус.

Маршрут оказался интересным: таксист вез нас коротким путем – через поля, а автобус, собирая пассажиров, долго петлял по деревенькам и маленьким городишкам, коих мы увидели еще превеликое множество. И вот мы вновь на вокзале Хагенау.

Возможно, когда-нибудь, в хорошую погоду, я вернусь в это замечательное селение, поэтому пока – лишь несколько «дождливых» фото, сделанных с привокзальной площади.

Вдалеке – башня церкви св. Георгия, одна из немногих сохранившихся средневековых построек: говорят, внутри храма сохранилось также прекрасное убранство. Кроме церкви, если верить «Зопотой книге», есть в городе и другие следы средневековья.
А вот, за автобусом, какое-то красивое, более позднее здание.

Все из той же книги следует, что в Хагенау можно посетить Эльзасский и Исторический музеи (а история у города богатая), также разместившиеся в красивых зданиях.
А еще рядом расположен огромный лес, называемый Священным: в нем сохранились средневековые монастыри, скиты и могильники; он был излюбленным местом Фридриха Барбароссы и его потомков. Так что по Хагенау, наверное, стоит погулять. Но пока мы возвращаемся в Страсбург.

Поезд подошел быстро, и мы устроились в нем, довольные тем, как прошел день, и тем, что он закончился. Нас грели мысли о долгожданных шести часах, когда откроются рестораны, и можно будет, наконец, предаться гастрономическим радостям. И о вечере в сухом и теплом доме (кстати, дождь тем временем прекратился). Когда мы подъезжали к Страсбургу, позвонил друг, утром отказавший нам в машине:
— Как у вас дела?
— О-о-о, это длинная история – расскажем при встрече. А как у тебя?
— Нормально. Съездил к маме в санаторий.
— А где это? – поинтересовались мы скорее из вежливости.
— В Нидербронн-ле-Бэн, — был ответ.

Все статьи Марины Кедреновской.

TEXT.RU - 100.00%

Поделиться в
Звёзд: 1Звёзд: 2Звёзд: 3Звёзд: 4Звёзд: 5 (Пока оценок нет, будьте первым! Оцените пожалуйста материал.)
Загрузка...

Комментарии 2

Слово молвить