Венеция. По следам Гольдони

Продолжение. Предыдущий очерк называется «Венеция на рассвете».
Желание писать и играть на сцене проснулись во мне в дошкольном возрасте, когда бабушка привезла из Ленинграда толстую книгу в потрепанном коричневом переплете – комедии Карло Гольдони. Я часами сидела с ней за столом, в одиночестве, и вслух читала пьесы по ролям. Параллельно и сама создавала драматургические шедевры – в них фигурировали бесконечные Панталоне, Труффальдино и Беатриче. О чем шла речь, уже не вспомню, но помню, что мне очень нравилось вставлять авторские ремарки: Труффальдино (про себя), Беатриче (в сторону)…
Увы, все хорошее (да, впрочем, и плохое) когда-нибудь заканчивается. Однажды до слуха моего дяди донеслось, как я декламирую, и он не преминул доложить мне об этом.
— Я ничего не говорила, — смутилась я.
— Ты не говорила, а я услышал, — продолжал настаивать дядя.
Я смутилась еще больше и прекратила свои выступления.

В другой раз я представила на суд родителей отрывок пьесы: Панталоне (один) произносил гневный монолог о непослушной дочери Розауре, далее следовали слова: «Уходит. Возвращается через полчаса». Родители задали резонный вопрос: а что же эти полчаса делает зритель? Я снова смутилась и пьес больше не сочиняла – по крайней мере, несколько лет.
И вот теперь, когда моя страсть к писательству – правда, не к драматургии, а к прозе – вспыхнула с новой силой, любовь к театру не остыла, а к двум давним увлечениям добавилась «охота к перемене мест», я стою перед памятником своему кумиру на кампо Сан Бартоломео в районе Сан Марко.

Говоря «в районе Сан Марко», я имею в виду то, что говорю: это не означает «вблизи собора или площади, носящих имя евангелиста». Сан Марко здесь – именно название района Венеции, по-другому сестьере.
Рядом с памятником находится церковь Сан Сальваторе, известная благодаря шедеврам Тициана. Если оставить ее главный портал слева и перейти через мостик, то справа увидишь театр Карло Гольдони. Это простое здание XVIII века, кажущееся куда более поздним за счет современного оригинального оформления.

Интересны его вывеска и двери,

и причудливые медальоны на стенах, и рамы афиш,

на одной из которых можно увидеть ряды золоченых лож: оказывается, современный только фасад, а зал старинный – более того, он считается чуть ли не самым красивым в городе.

Театр много раз менял название – имя Гольдони он получил в 1875 году, а руководил им драматург и либреттист с 1752-го по 1761-й — затем уехал во Францию, где и скончался в 1793-м. И сегодня в роскошном зале дают его пьесы.
Поблизости расположен книжный магазин «Гольдони» — все в этом квартале говорит об уважении к памяти «отца итальянской комедии».
А в кафе «Флориан» на площади Сан Марко, в числе изображений великих сынов Италии – Марко Поло, Рафаэля, Тициана – висит и его портрет.

Памятник, театр и магазин разбросаны рядом с мостом Риальто – если по нему перейти в сестьере (район) Сан Поло, скоро дойдешь и до дома, а точнее палаццо XV века, где прошло детство знаменитого комедиографа. Здесь же он и родился в 1707-м. Хотя… скоро только сказка сказывается, а чтобы найти дом, придется, возможно, немного и поплутать. Во всяком случае, именно это произошло с нами.

Сначала мы пошли ровно в противоположную сторону и уперлись в воду. Потом вошли в арку и оказались в тупике.

И то, и другое в Венеции случается сплошь и рядом: думаешь, что улица, а это лишь путь к крошечному причалу. Или думаешь, что мост, а он, вместо того, чтобы перевести тебя через канал, исчезает в подъезде какого-нибудь дома. Такого количества тупиков нет, кажется, нигде: идешь-идешь по длинному и узкому проходу, сворачиваешь в другие столь же узкие и длинные, и вдруг выясняется, что выхода нет: ты стоишь у двери или внутри замкнутого дворика (корте).
Остается проделать обратный путь, а его не всегда вспомнишь – можно заблудиться еще бесповоротнее. Иногда возникает ощущение, что вот здесь-то и ждет тебя «смерть в Венеции» (и зачем Томас Манн с Висконти вбили в наши головы этот образ?!) — Между прочим, есть в городе и улица, и канал Убийц. — А если и не смерть, то расставание с сумкой с деньгами и всеми документами – к счастью, нас такая участь не постигла, но порой делалось жутковато.
Словом, идти по Венеции в «определенном направлении» бессмысленно, если только смысл не заключается просто в гулянии – тогда нужно отдаться «на волю волн» и брести, куда ноги выведут. Если же есть конкретная цель, то необходимо либо запастись очень подробным планом, либо беспрерывно спрашивать дорогу у местных жителей. Они, кстати, очень охотно ее показывают, каждый раз добавляя «а там еще раз спросите»: понимают, что запутаться недолго.
Именно так я и советую поступить тем, кто будет искать дом прославленного венецианца, вместо того, чтобы самой пытаться описать ведущий к нему тернистый путь. Скажу лишь, что произнести надо заклинание «каза Гольдони» и что находится дом рядом с кампьелло Сан Тома и рио Терра деи Номболи на очень узкой улочке.

Вот его готический портал,

вот табличка с профилем,

а вот и вход в музей.

Мы в него опоздали, но не думаю, чтобы он был слишком уж интересен: ведь никаких комнат, в которых жил мастер, не сохранилось (хотя есть там старинный театральный реквизит, и даже кукольный театр). Гораздо интереснее, на мой взгляд, осмотреть дом снаружи, просто постоять перед ним, отдавшись своим мыслям.

Другим фасадом он выходит на канал, прямо перед ним типичный горбатый мостик, на котором и можно всем этим заняться. Изучить кирпичные узоры, ниши и арки, готические окна и крыши с трубами-раструбами, так часто встречающимися в Венеции.

И оглядеться по сторонам, почувствовать атмосферу, в которой рос будущий писатель; понять, что питало его, когда он творил свои смешные произведения.

Не знаю, открою ли я еще раз хоть одно из них. Схожу ли в театр на поставленный по нему спектакль. Я так боюсь современных сценографий! Очень жалею, что не застала тех, которые создавал Николай Павлович Акимов в Ленинградском Театре Комедии. Вот были костюмы и декорации!
Впрочем, не так давно послушала у Покровского оперу «Четыре самодура» Вольфа-Феррари – чудесное, очень забавное представление! А еще посмотрела в Малом пьесу «Влюбленные» итальянского режиссера Стефано де Лука – тоже совсем не плохо. Но не это важно – главное, что стоя на мостике перед домом Гольдони, я вспомнила счастливые минуты своего детства и вновь чувствовала себя счастливой – совсем, как тогда!

Продолжение в очерке «Венеция. Шедевры в храмах».

Все статьи Марины Кедреновской.

TEXT.RU - 100.00%

Поделиться в
Звёзд: 1Звёзд: 2Звёзд: 3Звёзд: 4Звёзд: 5 (1 оценок, среднее: 5,00 из 5)
Загрузка...

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *