По стране странностей

После Амстердама мы запланировали небольшой раунд-трип по провинциальной Голландии. В результате «вот такая загогулина получилась»(с):                                                                                                           А — Амстердам, B — Монникендам, C — Эдам, D — Алкмар, E — Харлем и F — Воерден.  Последний был выбран как место ночлега ввиду его равноудалённости от Гааги, Утрехта и Гауды. В этом городке решено было провести следующие 2 ночи.

Ранним утром мы выехали из «нашего » Риверсайд Тюлип Инн и почти сразу попали в настоящую сельскую Голландию. Недаром правильное название страны звучит как  Нидерланды, «низкие земли». Это во времена «золотого» XVII века купцы обычно плыли в «Голландию» — самую богатую провинцию страны.

Взгляду здесь просто не за что зацепиться. Плоская низменность прорезана каналами. Вода в каналах стоит вровень с берегом. Похоже, если пойдёт сильный дождь, то вода из каналов выйдет из берегов и зальёт всё вокруг. Пейзаж оживляют лишь знаменитые коровы голландской породы, вкупе с лошадьми и мелкими рогатыми скотами.

Время от времени тёплый ветерок доносит в приоткрытое окно машины всевозможные животноводческие запахи. Однако чистота кругом идеальная. Дворы ферм вымощены плиткой (вот бы Собянин обрадовался 🙂 ). Ничего похожего на разливное море грязи рядом с нашими ещё уцелевшими «животноводческими комплексами».

Узенькие дорожки почти пустынны, вместо обочин — выделенные цветом велодорожки, на которые приходится съезжать во время разъездов со встречными.

Такие дорожки и привели нас в Монникендам — маленький, будто игрушечный городок на берегу Эйсселмеер в паре десятков километров от Амстердама. Название городка означает «дамба монахов», герб города представляет собой геральдический щит с изображением монаха, который держат в лапах грифоны.

От монашеской обители сохранилась старинная церковь св. Николая, стоящая при въезде в городок. Перед церковью находится бесплатная общественная парковка, на которой удобно оставить машину.

Узкая длинная улица, застроенная старинными кирпичными домами, ведёт в центр городка.

Каменная доска на фасаде напоминает о том, что мы находимся в провинции Ватерланд, дословно «Водная земля». Изображённый на доске лебедь (или гусь лапчатый) выглядит уж больно сердито 🙂 .

Подобно любому голландскому городу Монникендам изрезан каналами.  Если взглянуть на перспективу канала, пересекающего улицу, то порой кажется, что ты и не в городе вовсе , а в глухой провинции.

Десятиминутная прогулка привела нас в центр города к башне Спелторен. На башне видна статуя Михаила Архангела и интересный карильон с движущимися фигурками всадников, изображающими рыцарский турнир.

Рыцари на башне «скачут» каждый час, так что у нас ещё было достаточно времени, чтобы посмотреть старинный шлюз в гавани…

Весовую, о назначении которой подробно рассказано здесь

Саму гавань, откуда рыбаки до сих пор выходят на промысел в Эйсселмеер.

В то утро Монникендам был практически безлюдным. По трём его улицам можно было ходить совершенно не заботясь о правилах движения. Улица Ньюве Стиг, на которую мы вышли из гавани, вновь привела нас к Спелторен, стоящей на перекрёстке главных городских дорог. Удивительно, но в маленьком Монникендаме нет такого велосипедного засилья, как в столице. Да и автомобиль здесь явно не считают исчадием ада.

Дальше мы двинулись в Эдам, название которого нам очень хорошо знакомо благодаря распространённой марке сыра. Однако начиналось всё не с сыра, а… Правильно — с дамбы! Название города означает «Дамба на реке Э». Ну а где дамба, там и канал. Кстати вот этот, отделяющий старую часть города от новой, именуется Ньюве Хавен, что означает «Новая гавань».

Наверное именно отсюда  парусные корабли, построенные в Эдаме, выходили в залив Зейдерзее. В период наивысшего расцвета кораблестроения здесь было 33 верфи. В 1609 году со стапеля одной из них сошел корабль «Хаве Маан», построенный по заказу Ост-Индийской компании. Именно на нём английский мореплаватель Генри Гудзон (Хадсон) пытался найти северо-восточный проход, но, вместо этого, из-за недовольства команды, вынужден был отправиться на запад, к Ньюфаундленду.
Во время этого плавания он открыл мыс Кейп-Код, полуостров Манхэттен и прошел вверх по реке, позже названной его именем.  Уроженец Лондона, Генри Гудзон оказался на голландской службе после неудачной попытки найти Северо-Восточный проход в Азию. Его корабль дошёл до Новой Земли и уперся во льды.  Экспедиция на «Хаве Маан» была его повторной попыткой.

«Наверное,  400 лет назад Эдам действительно выглядел как серьёзный морской порт. Сейчас же это игрушечный городок со своей голландской спецификой: мостами и каналами. По разводному мосту путник входит в город…

и оказывается на главной площади перед ратушей. Площадь называется Дамплейн, хотя логичнее было бы Брюгплейн, ведь её большая часть  — это неестественно выгнутый горбатый мост. Возможно, мост специально построили таким высоким, чтобы под ним, сложив мачты, могли проходить небольшие суда. Интересно, каково было взбираться на эту крутизну лошадям и возчикам, ведь далеко не каждый современный автомобиль одолеет такой крутой подъем.

На Дамплейн выходят главные общественные здания города: Статхюйс (Городской дом) так по нидерландски называется ратуша.

Музей, который занимает забавный покосившийся домик XVI века.

Меня совершенно поразил тот факт, что в маленьком городке, где живёт чуть больше 7 тыс. человек, есть свой собственный театр.

Пройдя сотню метров вдоль канала, оказываешься рядом с башней, именуемой, как и в Монникендаме, Спелторен. Похоже, что когда то Спелторен служила колокольней церкви, разрушенной после победы над испанцами.

Но главное в городке — это сыр, ведь ещё в 1526 году Император Карл V даровал Эдаму привилегию проведения ежегодных ярмарок. В 20-е годы прошлого века традиция угасла, возможно сказалась конкуренция со стороны близлежащего Алкмара, где каждую пятницу с весны до глубокой осени проводятся сырные ярмарки. В Эдаме стараются возродить традицию и тоже по пятницам в июле и августе торгуют сырами прямо на площади. К сожалению в Эдаме, как и в Алкмаре мы оказались в четверг. Однако сыра попробовали. В здании весовой (KaasWaag) на площади Каасмаркт, построенной в XVIII столетии, находится небольшая выставка, повествующая о технологии производства сыра и, конечно же, сувенирная лавка.

В весовой есть не только весы…

но и многочисленные чаны, формы и прессы.

Здесь же на полках лежат разнообразные сувениры, главный из которых — сыр Эдам. Оказывается то, что продаётся у нас под этим названием, совсем не похоже на настоящий голландский сыр. Сыр из Эдама может быть самым разным: копченым, овечьим белым, зелёным(да-да) со множеством трав и специй и так далее. Мы попробовали все представленные сорта и постарались их купить.

«Постарались» потому, что самого интересного зелёного сыра нам так и не досталось, хотя продавщица (или хозяйка) уверяла, что в комплекте из 4-х разноцветных сырных головок есть и зелёный. Вообще то покупать сыр в туристической лавке — удовольствие дорогое и бестолковое. Если нам доведётся вновь попасть в Эдам, мы купим местный сыр в обычном продуктовом магазине, по цене меньше 10 евро за килограмм.

От маленькой уютной площади Каасмаркт, на которой стоит весовая, можно за несколько минут дойти до края городка.  Как всегда в Голландии путь лежит вдоль канала. Он называется Бруверсграхт.

На самом краю города стоит Гроте Кёрк XV века. К сожалению, нам не удалось попасть внутрь и увидеть прекрасные витражи.

Зато мы заглянули в красивый, ухоженный сад рядом с церковью, который оказался… кладбищем.

Пройдя за час с небольшим весь городок, мы направились в Алкмар, но по дороге задержались у ветряных мельниц. Мельницы — это такой же символ Голландии, как каналы, сыр и тюльпаны. Первые мельницы появились на рубеже XII века, то есть 900 лет назад(!). В середине XIX столетия число мельниц в Голландии превышало 9 тысяч, затем их стали заменять паровыми машинами, а позже и современными электромоторами. Сейчас в Голландии существует 991 мельница, все они взяты на учёт ассоциацией ветряных мельниц и строго охраняются.

 По дороге к Алкмару нам попался музей ветряных мельниц.

Мельницы в Голландии мололи зерно и кофе, пилили древесину, выжимали льняное и конопляное масло, но главной их задачей была откачка воды. Многочисленные мельницы вдоль каналов перекачивали воду все выше и выше, пока не поднимали её до уровня Северного моря. Эта мельница по сей день качает воду, но не для осушения, а чтобы продемонстрировать туристам, как это делали в старину.

К сожалению я не очень хорошо подготовился к Алкмару. Только купив умную книжку, мы поняли, что многое было упущено. Что ж, будет повод вернуться 🙂 .

В первую очередь Алкмар знаменит своей сырной ярмаркой, существующей с конца XVI века. В городе до сих пор сохранились четыре средневековые гильдии разносчиков сыров, только им предоставлено право переносить партии купленного сыра на весы и, далее в повозку , лодку, грузовик покупателя. Члены каждой гильдии носят шляпы одного цвета, такого же цвета и носилки для сыра. Это красочное действо происходит каждую пятницу. Увы, мы попали в Алкмар накануне,  так что пришлось удовольствоваться фотографией из музея сыра.

Музей сыра расположился в историческом здании весовой (Den Waag).  Её строительство стало своеобразной привилегией, которую даровал городу принц Вильгельм Оранский за героизм жителей города во время испано-нидерландской войны за независимость.  Алкмарцы открыли шлюзы и затопили окрестные польдеры, но при этом заставили отступить испанское войско под предводительством сына самого герцога Альбы, испанского главнокомандующего в Нидерландах.  Недаром у голландцев существует поговорка «Победа приходит из Алкмара». Латинская надпись на фасаде гласит: «Сила и смелость вернули власти и гражданам Алкмара потерянное прежде право весов».

Процесс производства, представленный в музее сыра в Алкмаре, весьма сложен. Его традиции представлены резными прессами…

Доильными аппаратами и рекламными панно, сложенными из изразцов.

Наша прогулка по Алкмару оказалась совсем короткой. На центральной улице Лангестраат бросилась в глаза полосатая башенка Статхюйс, т.е. Ратуши. Ратуша ведёт свою историю с 1500 года, её перестраивали, она горела в пожарах и вновь восстанавливалась. Внутри сохранилась отделка парадных залов, но туристов туда не пускают.

На перекрёстке Лангестраат и Хоогстраат стоит Гроте Кёрк, освященная во имя св. Лаврентия. До 1468 года здесь была величественная деревянная церковь с каменной башней. Но башня неожиданно обрушилась и не только повредила храм, но и убила двух  монахинь из соседнего монастыря. В 1470 году начали строить каменную церковь и закончили её спустя 50 лет.

Как и в большинстве голландских церквей службы здесь не проводятся. Гроте Кёрк используют как музей и концертный зал, тем более, что внутри установлен превосходный орган XVII века, переделанный мастером Францем Каспаром Шнитцером в 1725 году.

На соседней улице Ньювеслоот видна любопытная 8-гранная башня, возведённая над бывшим монастырём Марии Магдалины одним из его последующих владельцев Виллемом ван Барде.

К сожалению В Алкмаре мы упустили не только 9-этажную мельницу ван Пит, но и… музей пива, в котором можно попробовать 86 сортов нашего любимого напитка! Музей находится поблизости от весовой. Стоит только перейти Схапенбрюг и повернуть налево за современный пятиэтажный дом.

Но мы повернули направо и вдоль бывших складов вышли к паркингу. Нас ждал Харлем.

От Алкмара до Харлема не более получаса езды по превосходной голландской автостраде. Только не забудьте про скоростной режим 120 км/ч, ремни и полное отсутствие мобильного телефона в руках. Всё это строго контролируется самыми неподкупными служителями порядка — автоматическими фотокамерами.

Если Алкмар — это город-герой испанской войны, то Харлем — город-жертва. В 1572 году сын герцога Альбы осадил Харлем. У него было 13 тыс. солдат. Стены города защищали 4 тыс. ополченцев и отряд из 300 женщин. Они отражали приступ за приступом, город продержался более полугода. Когда в живых осталось совсем немного защитников и в городе начался голод, бургомистр и его советники решили сдаться, выговорив пощаду побеждённым. Но пощады не было. Почти все, кто ещё оставался в городе, были перебиты. Тогда погибло около 2 тыс. человек.

На старинной гравюре, изображающей казни «еретиков» испанцами, видна и Гроте Кёрк. Глядя на собор, окружённый ухоженными старинными домами, на людей прогуливающихся по площади или сидящих за столиками кафе, очень трудно представить себе кровавые картины 450-летней давности.

О соборе и окружающих его старинных домах подробно рассказано здесь. Мне остаётся лишь напомнить, что на площади Гроте Маркт, находится не только собор, но и штаб Гражданской гвардии…

А через маленький проулок от Гроте Кёрк стоит Влеесхолл — бывший мясной рынок начала XVII века.

Правее Влеесхолла стоит классический Вервейхолл. Нет, здесь ничем не торговали. Этот дом совсем недавно получил своё прозвище в честь голландского художника Кееса Вервей, чьи картины представлены здесь.

Мы оказались в Харлеме на закате. И без того скромный фасад ратуши пришлось снимать в контровом освещении.  Похоже, рабочий день «отцов города» как раз закончился. Импозантные дамы и господа задержались на минутку на парадном крыльце ратуши. И никаких тебе полицейских, чёрных «мерседесов» с мигалками и спецномерами и тому подобной шелухи.

В центре площади стоит покрытый патиной бронзовый памятник. Это вовсе не предводитель голландцев принц Вильгельм Оранский и, тем более, не испанский король Филипп II, отправивший герцога Альбу на усмирение «впавшей в ересь» провинции. Это, как уверены жители Харлема, да и всего королевства Нидерландов, первый в Европе изобретатель печатного станка Лоуренс Янсен Костер. И неважно. что первым книгопечатником считается Иоганн Гутенберг.  Бронзовая статуя была отлита в 1856 году скульптором Луисом Ройером.


Однако в первую очередь мы стремились в Харлем ради музея Франса Хальса.

Хальс родился в 1582 или 1583 году в семье ткача в Антверпене. После захвата города испанцами в 1585, его отец был вынужден бежать в Харлем, который стал родным городом для художника. Франс Хальс прожил в Харлеме всю свою жизнь и умер в 1666 году в приюте для бедных. Наверное не случайно, что замечательный музей Франса Хальса в Харлеме занял старинное здание бывшего хофье, т.е. богадельни для стариков.  Кирпичный дом XVII века, построенный в виде каре, стоит на тихой улице Гроотхейлигланд,  идущей на юг от Гроте Кёрк и упирающейся в набережную канала Гастхюйсвест.

Анфилада старинных залов, где прежде обитали сирые и убогие и собирались чопорные благотворители, отдана искусству. Здесь можно увидеть модели кораблей…

Замечательный кукольный домик и предназначенную для него миниатюрную серебряную посуду…

Но главное здесь — работы самого Хальса  — в первую очередь его групповые портреты офицеров Гражданской гвардии.

Гражданская гвардия, истоки которой следует искать в отрядах «гёзов» времён испанской войны, в XVII столетии стала своего рода кастой привилегированных, преуспевающих бюргеров, проводивших время не столько в овладении воинским искусством, сколько в пирах и развлечениях. Портреты офицеров Гражданской гвардии соседствуют с замечательной инсталляцией, в виде банкетного стола, уставленного дорогими винами и изысканными яствами. Похоже, что герои картин Хальса только что встали из-за стола и оказались на картинах.

После знакомства с музеем очень приятно передохнуть в залитом солнцем внутреннем дворике. К сожалению музей закрывался и нас вежливо попросили поторопиться.

Прощальный взгляд на реку Спаарне со знаменитой весовой (угловой серый дом с красными ставнями на окнах)

и мы отправляемся в городок Воерден,  где у нас были забронированы 2 ночи в отеле Бест Вестерн.

О Воёрдене и окрестностях — в следующей части..



Поделиться в
Звёзд: 1Звёзд: 2Звёзд: 3Звёзд: 4Звёзд: 5 (Пока оценок нет, будьте первым! Оцените пожалуйста материал.)
Загрузка...

Комментарии 6

  • Прочитала с огромным интересом. В Голландии не была, но очень захотелось.

  • Спасибо! Очень приятно прочитать, вспомнить. Как раз осенью проехал от Маастрихта до Амстердама, а теперь хочется летом и по Вашему маршруту.

  • Отличная статейка.
    красивая страна, душевная я бы сказал

  • Проехал в августе 1996 г. на подаренном в Амстере велике до Гарлема. Сыровато, малоуютно, подозрение, что велик краденый — было скорее тревожно, чем экзотично.

    Самое сильное впечатление — от мельниц: в них живут!

    Коровы так и не понял, чем от наших отличаются

    Велосипедная дорожка по обочине тянулась, кажется, все 20 км (или сколько там, не помню)

    По приезде сунулся было в городок — и тут же повернул назад: чё-то-как-то-чё-там- делать. Рванул ливень, какие бывают редко — с полчаса пережидал, стоя у забора крайнего дома. Там же оставил велик, вернулся стопом

    В Амстере ливануло ещё раз — и буквально сплошным потоком воды. Движение стало. Но водитель объяснил, что это дело обычное. Минут через 15 солнце — какое это счастье!..

    …А «В Стране странностей» — это книга Кублицкого о Голландии. У меня это синяя квадратная большая такая… Неплохо написано, вообще интересный автор. Хотя таких в СССР было немало

  • Спасибо за впечатления. Насчёт Кублицкого Вы абсолютно правы.О его книжке я пишу в первой части отчёта. Но о нём мало кто знает, да и с тех пор прошло больше 40 лет.

  • Да-да, я уже в курсе. Но всего ж не прочитаешь. Привет Кублицкому, если можно! — его помнят…

Слово молвить